— Не стоит беспокоиться, — примерно тем же тоном, отказалась я. — Возвращайтесь к кирасирам, я справлюсь и сама.

— Как можно, милая Алевтина Сергеевна, — быстрее, чем следовало, возразил он, — не забывайте, я за вас в ответе перед государем!

— Если вы боитесь, что я убегу, то напрасно. Отсюда бежать просто некуда. А государю, думаю, до меня очень мало дела, ему нужно управлять великой империей, а не заниматься бывшими крепостными крестьянками!

— Ну, зачем вы так! — почти обиделся Татищев. — Никто вас в побеге не подозревает, я только забочусь о вашей безопасности. И насчет крестьянства, простите, madame, но шутка уже стара.

Я не приняла его упрека, прикоснулась рукой к рукаву и умоляющим голосом попросила:

— Иван Николаевич, дорогой, уйдите, пожалуйста, мне так хочется в воду, а при вас я все равно не решусь раздеться!

Татищев замялся.

Благородство боролось в нем с мужским любопытством и глупыми надеждами, и все-таки победило. Он молча поклонился, пробормотал:

— Как вам будет угодно, — и, не оглядываясь, пошел по берегу в сторону шумной компании.

Я, не в силах дождаться, когда он скроется за излукой реки, быстро сбросила с себя платье и прямо с берега бросилась в воду.

Вода после знойного воздуха показалась прохладной, но скоро я привыкла и с наслаждением погрузилась в нее прямо с головой. Думаю, нет смысла рассказывать, какое наслаждение получило измученное жарой тело.

Не успела я вынырнуть, как рядом с моей головой оказалась мокрое испуганное лицо флигель-адъютанта. Я не столько испугалась, сколько удивилась его неожиданному появлению.

— Иван Николаевич, вы же обещали! — сердито воскликнула я.

— Я думал, вы тонете! — скороговоркой, сказал он, глупо вытаращивая глаза, и скрылся под водой.

Я решила, что ему сделалось стыдно, и он специально нырнул, чтобы не видеть моей наготы. Однако Татищев, не поднимая головы, вдруг начал беспорядочно махать руками, пускать пузыри, потом он сдвинулся на глубокое место и пошел ко дну. Только тут я поняла, что он совсем не умеет плавать. Разом забыв, в каком нахожусь виде, я бросилась ему на помощь. Флигель-адъютанта все дальше затягивало от берега. Он продолжал размахивать руками, но не всплывал, а удалялся от берега.

Я испугалась, хотела позвать на помощь наших кирасиров, но вовремя сообразила, что они до нас просто не успеют добежать. И еще, когда я мельком представила, что меня застанут без одежды, начала спасать флигель-адъютанта самостоятельно. Сама я плавала не очень хорошо, скорее, просто умела держаться на воде, и спасти человека мне было очень трудно. Но отчаянье придало силы, и я сделала самое правильное в такой ситуации, нырнула, вцепилась ему в волосы и, что есть силы, работая свободной рукой и ногами, потянула Татищева к берегу.

Бедняга наглотался воды, растерялся и почему-то пытался у меня вырваться. Только когда мы оба достали ногами дна, и он смог поднять над водой голову, то перестал мешать и посмотрел вокруг безумными от ужаса глазами.

— Идите к берегу, — отпустив его взъерошенные волосы, попросила я, испугавшись, что он потеряет сознание и мне еще придется вытаскивать его из воды.

Иван Николаевич пытался отдышаться и не двигался с места. Мне пришлось взять его за руку и, преодолевая сопротивление воды и его затуманенного сознания, тащить за собой. Я напрягалась, ноги скользили и путались в водорослях. Наконец мы выбрались на сушу и оба без сил опустились на траву. Татищева начало рвать, а я на коленях поползла к своей одежде.

Быстро одеться мне не удалось, ткань платья липла к мокрому телу, я торопилась и путалась в складках. Татищев уже освободился от воды и даже попытался сесть. Наконец я справилась с платьем и смогла к нему подойти. Флигель-адъютант был бледен как смерть и мелко дрожал.

— Вы сума сошли? Зачем вы полезли в воду, если не умеете плавать?! — сердито спросила я.

— Но вы же тонули, — ответил он, едва шевеля сизыми, дрожащими губами. — Когда вы упали в воду и скрылись…

— Не упала, а нырнула! Нечего было за мной подглядывать, тогда бы ничего не случилось!

— Я не подглядывал, — обижено ответил он, — когда вы упали, нырнули, я испугался, что вы тонете!

— Ладно, что было, то было, считайте, что мы просто искупались, — прекратила я напрасные препирательства.

— Получается, что не я вам, а вы спасли мне жизнь! — подумав с минуту, сказал Татищев. — И как я в таком виде вернусь, они меня, — он посмотрел в сторону, где купались наши спутники, — просто поднимут на смех!