Рясин обернулся и улыбнулся, растянув в ширину усы как у Буденного.

Водитель действительно оказался волшебником. Ему было достаточно пары минут, чтобы найти поломку, и еще некоторое время ушло на ее устранение. Закончив, он выпрямился, вытер руки салфеткой и удовлетворенно сказал:

– Ну вот и все. Принимай машину, хозяйка.

– Александра, если вдруг возникнут какие-то проблемы по ДТП, не раздумывая сразу звони мне. Поняла? – велел Лямзин.

– Хорошо, – она кивнула и вдруг почувствовала, что ей совсем не хочется его отпускать. Будто если Эдик сейчас уедет, она совсем осиротеет. Сама испугавшись того, что с ней происходит, она бодро улыбнулась и помахала ему на прощание рукой.

Вечером позвонила Настя.

– Алексаша, мне плохо, приезжай, – заныла она. – Ну будь другом...

Она всхлипнула и шмыгнула носом.

– Настасья, ты что, ревела?

– Почему – ревела? Я и сейчас реву. Не приедешь – будешь виновна в моей... э-э-э... – она замялась, не решаясь произнести слово «смерть».

– Ну, договаривай, – разозлилась на шантаж Александра.

– А, ладно, ни в чем не будешь виновна. Просто приезжай, и все. Мне правда очень хреново.

Тащиться к Насте на окраину, а потом домой, через всю Москву, стоящую в пробках, очень не хотелось. Да и засиживаться надолго у подруги не было никакой возможности – Александра обещала сегодня Алисе и Мите помочь с английским. Тем не менее, если Настя в раздрае, быстро от нее вряд ли получится уйти.

– Значит, так, сейчас собираешь Лизу, потом вызываешь такси и быстро едешь с ней ко мне домой. Я приглашаю тебя в гости с ночевкой. О деньгах можешь не беспокоиться: за такси туда и обратно я заплачу.

– Не-е, мне так неудобно, – протянула неуверенно Настя.

– Неудобно компьютерной мышкой муху с монитора сгонять. Давай живо одевайся – и ко мне. Я жду.

Настя приехала бледная, осунувшаяся и без малейших следов макияжа. Корни волос ее отросли, и хорошо стало видно, что никакая она не черноволосая ведьма, а обычная русоволосая женщина. К тому же испуганная и несчастная.

– Привет, родная. – Настя невесело улыбнулась и чмокнула Александру в щеку.

Лиза, едва раздевшись, унеслась в комнату Алисы играть. Девочка обожала компьютерные игры, а Алисе доставляло удовольствие возиться с малышкой и учить ее уму-разуму. Лиза считала Алису почти сестрой, смотрела на нее с обожанием и во всем старалась ей подражать.

Настя после тридцати капель настойки дикого пиона уже не плакала, а задумчиво и мечтательно смотрела в потолок.

– Знаешь, на что я сейчас подсела? – Она взглянула на Александру и подперла щеку рукой.

Судя по всему, вопрос был риторический, поэтому Александра ничего на него не ответила.

– Я вот так иногда сижу ночью, – продолжала Настя, – и часами смотрю через веб-камеру на утренний Токио. Это такой сюр, ты просто не представляешь. Завораживающий. Урбанистический пейзаж на фоне голубого неба. Чаще всего там, под глазом веб-камеры, ровным счетом ничего не происходит. Ну, разве что какая-нибудь птица пролетит, чайка или утка. Мне так кажется. Два раза видела, как, завывая, проехала «Скорая помощь». А потом опять все стихло, и тишина... Я смотрю на правильные четкие линии зданий, пытаясь представить людей, которые в них живут, и никак не могу. Или они пустые? Хотя нет. Наверное, японцы работают там. Последнее время все чаще и чаще ловлю себя на мысли, что я хочу туда – в эту строгую пустоту. И чтоб жить обязательно на последнем этаже и каждое утро просыпаться от крика птиц и видеть небо...

– А тебя не смущает, что в Японии постоянно землетрясения происходят? – сбила ее романтический настрой Александра.

– Алексаша, ты бываешь невыносимой занудой, надеюсь, тебе уже говорили об этом, – Настя отвернулась и нахохлилась.

– Прости. Я жутко боюсь стихийных бедствий, даже не знаю, почему. Никогда не смогла бы жить там, где есть хоть малейшая опасность извержения вулкана, подземных толчков...

– А мне все равно, что когда-нибудь там будет. Я сейчас хочу покоя и уединения, и это там есть.

Настя немного помолчала и вдруг спросила:

– Вот скажи, как ты относишься к утверждению, что современной женщине не нужен муж?

От неожиданности Александра поперхнулась.

– Я? Как-то не задумывалась об этом.

– Не ври, – насупилась Настя, – ты мне просто не хочешь говорить. Вот скажи, почему ты до сих пор одна?

Александра пожала плечами.

– Не знаю. Наверное, потому, что не хочу торопиться. Уже два раза обожглась, сколько можно.

– Вот видишь – это твоя жизненная позиция. А истиной в ней, знаешь, является что?