— Ладно, полезай в корабль, а то вон те ребята — с оружием.

— Нет, сначала я должен объяснить им, что произошло.

Я был счастлив увидеть старого знакомого. Ком, командир и капитан корабля, возглавлял погоню.

— Брось пистолет! — приказал я. Но вместо этого он направил его на меня.

— Вы оба пойдете со мной.

У меня глаза налились кровью. Упрямство этих людей бесило меня. Сколько они уже пролили крови, сколько смертей на их совести!

— Не стреляй! — закричал я и, подняв руки, спотыкаясь, побрел к нему. Ребром ладони я- выбил пистолет, поймал его в воздухе, завернул ему руку за спину и ткнул дуло пистолета в затылок Кома.

— Послушайте, отмороженные идиоты! — закричал я. — Все, конец. Вы проиграли. Секретность была вашим главным оружием, вы скрывались, как клопы за обоями. Но теперь все кончено. Видите эмблему? Это корабль Лиги. Теперь они знают о вас. Знают, кто вы и откуда. Справедливость спустилась на вашу планету в лице этого симпатичного пилота, который завоевал Кеккончихи.

— Разве? — удивленно пробормотал пилот.

— Заткнись, болван, и выполняй свое задание.

— Мое задание заключалось в том, чтобы взять вас на борт.

— Я расширил твои полномочия. Забери у них оружие.

В моем голосе едва заметно звучали нотки отчаяния, потому что серые люди направили свои пистолеты на нас. Зная их, я не сомневался, что они хладнокровно убьют Кома, чтобы поймать меня. Я еще сильнее завернул ему руку за спину.

— Ну давай, Ком, скажи этим молодцам, чтобы они побросали оружие и сдались в плен. Если прозвучит хоть один выстрел, я лично прослежу, чтобы тебя подвергли самым страшным пыткам.

Ком задумался и вскоре принял решение.

— Возможно, этот корабль оказался здесь случайно.

— Ничего подобного, — ответил пилот. — Мы получили сигнал тревоги, и все корабли в этой зоне летят к вашей планете. Мы уже долго разыскиваем вас. Я покажу вам послание.

— Не надо никакого послания… Убейте обоих, — громко приказал Ком. — Если они лгут, то заслуживают смерти. Если не лгут, то мы все равно погибнем. Нет никакой разницы.

— Отойди в сторону, Ком, — сказал один из серых людей, поднимая пистолет на уровень глаз. — Иначе мне придется стрелять в тебя.

— Стреляй в меня, — последовал монотонный ответ.

— Стой! — закричал я, метким выстрелом выбив пистолет из руки серого человека. — Это бесполезно!

Они так не думали. Они уже изготовились стрелять, когда пилот показал им послание. Застрекотал корабельный пулемет, и разрывные пули полетели во все стороны. Не теряя времени, я двинул Кома пистолетом по затылку, чтобы он не артачился. Через секунду мы уже находились в шлюзовой камере, и я нажал на кнопку закрытия люка. Ком стал приходить в сознание, но я успокоил его ударом в висок. Я не злой человек, но сейчас получал прямо-таки садистское наслаждение.

— Ложись на пол! Мы взлетаем с пятикратной перегрузкой! — предупредил пилот.

Так оно и случилось. Меня размазало по полу, я ударился обо что-то головой, и перед глазами поплыли разноцветные круги. Затем давление исчезло, и я запарил в невесомости.

— Спасибо, — искренне поблагодарил я.

— Пожалуйста. Надо же, какие у тебя чокнутые друзья.

— Это те самые психи, которые развязали войну. Кстати, что нового?

— Мы по-прежнему отступаем, — мрачно ответил пилот.

— Не унывай. Направь ракету к ближайшей станции, где есть пси-оператор. Мне нужно срочно передать важную информацию. Кстати, ничего не слышал о побеге с планеты чужаков?

— Ты имеешь в виду адмиралов? Они вернулись. Правда, на них жалко смотреть. Я хочу сказать, что вообще-то мне наплевать на старших офицеров, я отношусь к ним как к неисследованной форме жизни. Но с адмиралами поступили жестоко.

— Их вылечат. Не смотри, что я улыбаюсь, просто их освобождение говорит мне о многом. А теперь прибавь скорости. У нас полно дел.

К тому времени, как мы приземлились на спутниковой станции, я записал все свои предложения. Отправить крейсер на Кеккончихи. Отыскать Ханасу и поставить его во главе комитета по умиротворению. Сейчас самое главное — нейтрализовать серых людей, защитив таким образом наши фланги. Нам еще надо выиграть войну. Я прочитал все сообщения, поступившие с фронтов, и, когда мы достигли Главной базы Специального Корпуса, в моей голове родились кое-какие планы. Все они тут же улетучились, когда я увидел свою обожаемую женушку.