— Это, вероятно, звонок, которого я жду из Порт-Морсби по поводу моста в Папуа, — сказал Найтли деловым тоном, словно ему никогда не было до нее никакого дела.

Флора ничего не ответила, но взор, который она метнула на своего патрона, был красноречивее слов. Она вышла из кабинета, не глядя на Найтли.

Флора Лэтем кипела яростью несколько дней. Она обнаружила, что ведет себя на корте как сумасшедшая, и устроила себе выволочку. Ей давно надо было дать себе нагоняй! Фло старалась убедить себя уйти из «Найтли констракшн». К счастью, последнее время она очень редко видела Найтли в офисе.

Но вот однажды в субботу во второй половине дня произошло одно странное событие. Флора пришла домой и обнаружила у дверей своей квартиры рыжеволосого молодого человека с бородкой. Того самого, которого она уже встретила однажды. Это было в самый ее первый визит в резиденцию патрона несколько недель тому назад. Юноша имел слишком приметную внешность.

— Мисс Лэтем? — произнес он с почтением.

— Да…

— Мисс Лэтем, я — Марк Макхэм. Рад встретиться с вами.

— Это вы нарисовали обнаженную женщину в саду?

Юноша замялся.

— Так вы видели эту картину?

— Видела, мистер Макхэм.

— Что вы о ней думаете, мисс Лэтем?

— У нее, бесспорно, есть свои достоинства, — неопределенно ответила Флора.

— Мисс Лэтем, могу я попросить вас об одном одолжении? Я собрал несколько своих работ в лодочном эллинге, — жалобно произнес юноша, очаровательно улыбнувшись. — Завтра утром ко мне придут несколько моих друзей. Не могли бы и вы прийти? Мне так важно услышать ваше мнение, мисс Лэтем. Пожалуйста!

— Не знаю… мистер Макхэм. Откуда вы знаете, кто я? И где вы достали мой адрес?

— Я видел вас по телевизору, — просто ответил художник. — А адрес я нашел в телефонном справочнике.

— А-а. — Флора поморщилась, но, скорее, от неприятного ощущения, вспомнив, что она испытала, увидев себя вместе с Найтли на экране. — Он вернул вам картину?

— Да. — Молодой человек усмехнулся. — Но я неисправимый оптимист. Если вам не нравится обнаженная натура, то у меня есть и другие картины, — поспешно добавил Макхэм.

— Хорошо. Давайте ваш адрес. Но должна предупредить, что я не могу ничего обещать вам от имени мистера Найтли.

Макхэм достал свою визитную карточку и, вручив ее Флоре, преувеличенно горячо поблагодарил ее. Только потом она вдруг подумала: а зачем, собственно, этот юноша слонялся в вечер ее визита у особняка Найтли? Но тут же забыла об этом.

На следующее утро, собираясь исполнить обещание, данное молодому художнику, Фло надела просторные серые брюки, блузку из шелкового трикотажа абрикосового цвета, белые парусиновые мокасины на веревочной подошве и легкомысленную шляпу с искусственными цветами на полях, которую она сделала сама.

Она прихватила с собой ракетку и теннисную форму, надеясь после выставки заехать на корт. Мисс Лэтем уже несколько дней не показывалась на площадке и собиралась наверстать упущенное.

Она принялась разыскивать эллинг Марка Макхэма. Ей пришлось долго колесить вдоль берега реки, прежде чем она нашла его зажатым между обшарпанной стоянкой фургонов и лодочной верфью.

Было тепло и влажно. Собиралась гроза.

Макхэм вышел из-под навеса встретить почетную гостью. Он показал ей место, куда поставить машину, и посоветовал поднять верх автомобиля.

— Я вряд ли задержусь у вас надолго, — сказала она.

— Здесь такое место, что лучше подстраховаться, — настаивал он. — Возьмите с собой сумку и ракетку. На всякий случай.

Она удивленно пожала плечами, оглядевшись вокруг, и последовала совету художника.

Внутри эллинг Макхэма имел галерею, которая шла по периметру судоподъемного пола. Красочные картины Макхэма были развешаны на стенах из грубо сколоченных досок. Здесь же стоял стол, покрытый белой скатертью, на нем стаканы и графин с вином. Флора была очарована этой скромной обстановкой, а также юношеской непосредственностью Марка Макхэма. Она решила, что ему не больше двадцати трех лет.

Молодая женщина выпила немного дешевого красного вина, после чего высказала свое мнение о нескольких работах художника.

— Лучше всего вам удаются корабли и морские пейзажи, — сказала она Макхэму.

Фло удивилась, что она — единственная посетительница выставки. Когда она высказала это художнику, тот заверил ее, что остальные скоро подойдут.

Спустя пару минут Флора почувствовала головокружение. Она укоризненно посмотрела на молодого человека. Ее глаза расширились от испуга, когда она поняла, что у нее подгибаются ноги. Язык тоже перестал повиноваться. Макхэм быстро подхватил ее и серьезно произнес: