Оставались официантки. Они так же, как и охранники, дежурили сутки через трое. Стало быть, подавальщиц насчитывалось четверо. Точнее, один из них был «подавальщик»: юноша со столь бархатными ресницами и вертлявой попкой, что Игорь решил, что он «голубой». «Все учтено: у клиентов могут быть нестандартные прихоти…» – усмешливо думал о парне Игрек.

Трое же официанток, которые принадлежали к женскому полу по-настоящему, были, надо признаться, хороши. Хороши – каждая по-своему.

Первая – та самая ослепительная фотомодель, что подавала напитки в первый день пребывания в особняке. Ее звали Мариной. Держалась она с ледяной неприступностью. На попытки Игоря разговорить ее не отзывалась. Была в ней некая загадка. Словно под панцирем холодной красавицы скрывается кто-то. Но кто? Что за душа – искренняя? добрая? надменная? прихотливая? капризная? – прячется под безупречной фотомодельной внешностью? Казалось, этого не понимает даже сама обладательница столь совершенного тела. Растапливать льды, пытаться расколдовывать принцессу? Этот процесс – сам по себе, бесспорно, увлекательный – мог затянуться на месяцы. А есть ли у него в запасе эти месяцы?

Вторую официантку звали Сашенькой. Улыбчивая женщина, уже в возрасте (лет, наверное, тридцати пяти), однако по-девичьи изящная и стройная. С ней было легко. Можно было поговорить, пошутить, причем весьма игриво, однако… Однако ни малейшего влечения к ней Игорь не испытывал. А начинать с женщиной игру, не чувствуя к ней настоящей тяги… Результата, конечно, добиться можно, да только Игорь знал это по собственному опыту – измучишься, пока дойдешь до цели. Сам себе будешь казаться фальшивым, она будет казаться тебе фальшивой, а первое же совместное утро станет отдавать пошлостью и постыдством – словно кипяченое молоко убежало.

Конечно, выбора у него особого не было. Ведь речь шла не только о любви, но еще и о том, чтобы обрести в особняке шпиона. Или, если повезет, союзника. Или даже друга… Ради такого случая можно было попробовать завести шашни либо с Мариной, либо с Сашенькой… Но… Но оставалась еще одна официантка, Жанна – молоденькая, коротко стриженная, с большим бюстом. Игорь запомнил ее по тому вечеру, когда он играл с востроносеньким журналистом. Она обслуживала их игру – а потом, похоже, осталась обслуживать победителя сексуально.

Ее Игорь счел наиболее подходящей добычей. Флюиды сексапильности так и струились от нее.

В тот день была ее смена.

– Ты хорошенькая, – сказал Игорь ей утром, когда она наливала ему кофе из серебряного кофейника.

– Я знаю, – хрипловатым голосом ответила она и засмеялась.

Он погладил ее по руке.

– Но-но! – воскликнула она, но руку оторвала не сразу.

До обеда Игорь полулежа занимался английским. Все было так, словно он у себя в квартире в Сиэтле готовится к экзаменам в университет. Но как далек от него Сиэтл!

Игрек отдавал себе отчет: даже если ему удастся отработать свой долг, хозяева особняка вряд ли оставят его в покое. Похоже, он для них слишком ценен – раз они повели на него охоту даже в Америке. А сейчас он уже слишком многое знает… Допустим, он рассчитается со своим американским долгом… Но кто помешает бандитам найти предлог, чтобы навесить на него какой-нибудь новый должок? Кабала, в которую он попал, может длиться всю жизнь…

Похоже, путь выбраться отсюда был один: уничтожить само казино. Разрушить созданную бандитами систему. Разгромить игорный дом и его главарей.

Но как это сделать? Игрек неотступно думал об этом с того дня, как он оказался здесь, но ни одной светлой мысли по этому поводу к нему не наведывалось. Темной – тоже.

Да и откуда им было взяться, если он ничего не знает о самой системе. О том, кто здесь заправляет и какие у этих людей слабые места. Игорь был уверен, что главный здесь – человек с залысинами, Петр Абрамов. Его он, кстати, и не видел после Америки больше ни разу. Возможно, того привлекали только для того, чтобы посадить Игоря на крючок. Интересно, во сколько это им встало? Оплатить такую командировку?

Не главный здесь и Олег Олегович. Но кто?

Игроцкая интуиция подсказывала Игреку: подпольное казино создано не только для того, чтобы обыгрывать незадачливых картежников. Тогда состав играющих был бы иным: более фешенебельным, более богатым. Однако среди игроков встречались люди, которые, судя по их виду, отнюдь не могли похвастать размерами своего состояния. Не были они и теми, кого можно было шантажировать: к примеру, крупными чиновниками. Зачастую игроками оказывались – насколько Игрек мог судить по одежде, репликам и манере поведения – обычные менеджеры среднего звена, работающие в крупных фирмах или банках. Торговцы валютой и компьютерами, акциями и нефтью, рыбой и облигациями… Upper middle class [17] . Ни денег «в особо крупных размерах», ни власти (за пределами своих фирм) они не имели. А ведь Игорь был свидетелем – точнее, соучастником! – того, как у четверых из них выигрывали изрядные суммы денег. Весьма изрядные. Таких денег, похоже, не было даже на их счетах.