На втором туре нужно уже не просто расслабить, освободить абитуриента от скованности — нужно «раскачать» его. А это не так просто. Очень помогают, наряду с другими приемами, музыкальные задания. Они ведь нужны не только для изучения вокальных или танцевальных возможностей поступающего. Музыка «раскачивает» весь творческий организм абитуриента.

Задания, задания…

— Сережа, подойдите ближе, еще ближе, совсем близко, читайте негромко… шепотом… Не торопитесь… С паузами…

— Татьяна, отойдите дальше, еще дальше, в самую глубину… Вас не слышно! Громче… Еще громче. В три раза громче…

— Михаил, сядьте, пожалуйста, поближе к нам, к столу… Расскажите-ка еще раз, зачем все-таки вы хотите стать артистом…

— Кирилл, станцуйте нам, пожалуйста, адажио… Можно с Машей… Да, из «Лебединого озера»…

— Алеша, побудьте, пожалуйста, зайцем… а теперь черепахой… а теперь пауком… а попробуйте петилопой… Что это за зверь? А вы не задумывайтесь, играйте петилопу все. Мы и сами ее никогда не видели…

— Андрей, вот вам ситуация: вы — вещий Олег. Пришли на могилу своего копя, видите его череп… И вдруг!.. Да, «из мертвой главы гробовая змея, шипя, между тем, выползала». Действуйте… Смелее!..

«Скучноват. Глаза? Тусклый!..

Рыжая, все в восторге, что она, мол, возбудима…

Голос +, конкретность +, характер?..

Трагичности нет. В Мандельштаме иллюстративен…

Играет на флейте, искренна, но чудовищный страх…

Пусть подрастет…

Надоедает…

Рациональна…

Глуп (глупо читает Светлова)…

Что-то прокисшее в ней, как выразился Галендеев…

?.. Оставить до конца дня…

Закрывает глаза. Психопат?..

Пискля…

Тусклый…

Бывает красив…

Неритмичное дыхание…

Есть какая-то острота. Недостает смешного, трогательного…

Маленький…

Стоит — жлоб, начинает читать — не жлоб…

Пропустить дальше по просьбе брата, выпускника прошлого курса…

Что-то в ней есть, смотреть на третьем туре…

+, но студентам-режиссерам всем почему-то не нравится…

Перестала нравиться, но для танца вышла полуголая, в купальнике, и наивно искала, куда включить шнур магнитофона, подкупила своей непосредственностью…

Одно плечо выше другого. Всем правится…

Посмотреть в отрывках (Галендеев прав…).

Раньше казалось — нет самосознания, теперь — есть самосознание…

Абстрактна…

Нет настоящего обаяния…

Любит собак, но лоб —?..

Зажат…

Лучше стал во всем…

Маленький резкий голос, сильная мутация. Кот в мешке…

Оставить до конца дня…

Мелкое лицо и вообще не возвышается…

В резких красках противен…

Суетится, стала чирикать, нет голоса…

В этюдах стал почему-то грузинов вдруг играть…

Делал пародии на педагогов, на Ельцина…»

Надо сказать, что в этих записях, в основном, все новое, то, что раньше замечено не было. Отмечу также, что во второй тур вошло и чисто музыкальное испытание — абитуриенты пели, танцевали, импровизировали под музыку. Но вот и второй тур позади.

Это уже немного, но все же в два раза больше, чем надо. Они должны будут предстать перед нами на третьем туре ровно через педелю. Эта неделя похожа на хороший, неторопливый (однако с ускорением) разбег для решающего прыжка. В эту неделю должно быть проделано много работы.

Абитуриентам предстоит трудиться над отрывками, которые мы им объявляем через два-три часа после окончания второго тура. Это будет их главным практическим испытанием. Но у них много и других дел. Тут и движенческая проверка, и психологическое обследование, и медицинская комиссия, и коллоквиум.

Она не дала нам какой-то новой важной информации. Единственное, у Миши Т. слабое зрение и линзы. Врач настаивает: «Он может быть принят только с условием но 93 статье». Учитываем «статью», но кардинально изменить судьбу абитуриента этот факт не может.

Это более существенно. Проверка проводится кафедрой сценического движения [1] . Абитуриентов просят раздеться, остаться в купальниках и плавках. Смотрят подробно: в статике, в движении. Кого-то педагоги по движению похвалили за прыгучесть, кому-то поставили за общее движенческое состояние плюсы, кому-то минусы…

Андрей 3. с их точки зрения, большой, но приземистый.

Кирилл У. получил плюс за прыгучесть.