Мальчуган обнял отца за шею и прижался к его холодной с улицы щеке. Он любил такие моменты. Свежий запах улицы будоражил, и было приятно находиться на этих надёжных руках, умеющих подбрасывать высоко вверх, до сладкого замирания сердца.

— Бабиковы, хорош обниматься и марш за стол, вон президент уже чего-то блекочет…

Виктор посмотрел на жену полными счастья глазами и поставил уже непоседливо ёрзающего сына на пол.

Он стоял, глядя в иссиня-черное небо на обочине дороги, возле убитого жигулёнка.

Ещё один сбой устранён.

Работа над ошибками в мире произведена.

Он был всесилен в эти дни смены старого года на новый. Мог быть в тысяче мест одновременно. Творить чудеса для сотен тысяч людей. Было бы для кого творить. Он был всемогущ.

Было бы для кого.

Сколько тех, кому ничего и не надо!! Убивают погоней за призрачными благами себя. Доводя себя до полнейшего саморазрушения и пустоты.

Пустота.

Как же он её ненавидел.

Ненавидел именно за то, что она прочно поселялась в его сердце ближе к концу осени. Времени, когда количество требуемых устранения ошибок начинало зашкаливать омерзением к этим убогим идиотам — людям.

Надо же… Образ и Подобие… Обалдеть можно.

Люди, способные к творчеству, способные Выбирать (то чего он был начисто лишён, но как хотелось, хоть раз решить что-то самому!!!) предпочитали опускаться до скотского состояния, нежели пользоваться столь щедрым подарком Творца.

Ему почему-то припомнился Виктор… один из кучи исправленных. Ну, неужели ребёнок и семейное благополучие не стоит того, что его карьера успешного менеджера крупной компании, торгующей нефтедобывающим оборудованием, теперь превратилась в карьеру менеджера средней руки впаривающего клиентам бытовую химию?? Или его жена зам. главбуха была счастливей, ездя на Ниссане Микро больше, чем, прижимая сына к груди??

Но прав всё-таки Виктор был… угадал… чем-то всегда надо платить! Это да. Мало того. Это надо делать вовремя. Стяжательство всегда превращается в прах.

Его время истекло. Скоро будет весна. При мысли о весне он улыбнулся и позволил Пустоте, укрывшейся в самой глубине его сердца заполнить собой всего себя.

Через мгновение на дороге осталась только видавшая виды машина, отслужившая своё и никому не нужная.