Выхожу из комнаты, пересекаю коридор, открываю вторую спальню. Опять только одна спящая. Все повторяется — медленное, осторожное приближение, потом опознание. На этот раз передо мной Мэри Шоу, управляющая магазином, уроженка Австралии. Слегка меняю позицию и погружаю нож сзади у основания шеи, рассекая спинной мозг. Женщина лишена возможности двигаться, даже дышать, даже просто заставить свое сердце биться. Через минуту, когда откажет лишенный кислорода мозг, она будет мертва. К тому времени, когда это происходит, я уже пересек лестничную клетку и осматриваю ванную комнату. На этом этаже осталось две двери. Решив двигаться по кругу, я открываю дверь спальни в задней части дома. Бесшумное приближение и взгляд в лицо спящей. Энни.

Положение усложняется. Я еще не решил, когда ее будить: то ли дать поспать, пока не покончу со всей группой, то ли отправить наружу, а потом продолжать. Не успел я подумать, как моя рука зажимает ей рот, и Энни просыпается. Ее глаза в ужасе распахиваются, и я вспоминаю об очках для ночного видения и черной шапочке на голове. Как только я снял то и другое, ужас в ее глазах сменился изумлением.

— Билл! — шепчет она. — Черт побери, что ты здесь делаешь?

Ее взгляд переместился на мой нож.

— Вытаскиваю тебя. Мы завершаем операцию.

— Но… Скольких ты уже убрал?

В ее тоне что-то не так. Я не уверен, что именно, но мне это не понравилось.

— Никого. Я должен вытащить тебя, пока не прибыла штурмовая группа. У нас не больше получаса.

— Ладно. Значит, ты один?

— Ненадолго. Босс приказал нам смыться до прибытия ребят. Я должен отключить сигнализацию и вывести тебя. Понятно?

— Хорошо. Ты не подашь мое пальто?

— Конечно. Рядом с подъездной аллеей растет высокий куст, кажется, боярышник. Встретимся там через пять ми…

Как только я повернулся, протягивая Энни пальто, в мое лицо что-то сильно ударило, потом навстречу взлетел пол, и мир для меня померк.

Боль вернула меня к реальности. Лицо болело, словно кто-то попытался провести пластическую операцию при помощи камня для керлинга, в ушах звенело, а глаза едва открылись, показав окружающий мир через узенькую щелку. Я лежал в спальне Энни, и окровавленное лицо уже прилипло к ковру. Быстрая проверка подтвердила мои опасения: нос значительно сдвинулся со своего места. Опять. Только этого мне не хватало; у меня и так столько швов, что теперь придется просверливать носовые полости заново. В комнате, кроме меня, никого не было, и во всем доме стояла тишина. Постаравшись хоть на мгновение игнорировать боль, я оторвал лицо от ковра и осмотрелся. Энни явно поторопилась уйти, как и обитатели комнаты напротив, поскольку обе двери остались распахнутыми настежь. Пока я поднимался, голова немного кружилась, но надо было выяснить, что же произошло. Не важно, как я при этом выглядел, но одно было очевидно: Энни удалось меня провести. Часы подсказывали, что я валялся без сознания целый час. Плохо; когда удастся вернуться к цивилизации, придется пройти проверку. Вырубить кого бы то ни было не так легко, как показывают в кино. Удар должен быть достаточно сильным, но при этом вы серьезно рискуете нанести непоправимые повреждения мозга. Как только я взглянул в зеркало, я понял, что намеревалась сделать Энни — сдвинуть нос вверх и вглубь черепа, что разрушило бы мозг и гарантированно убило бы меня. К счастью для меня, этот прием оказался ей не по силам. Я бы на ее месте предпочел удар по горлу, это намного легче и быстрее приведет к летальному исходу. А в данной ситуации, если бы я лежал в другом положении, то мог бы лишь захлебнуться собственной кровью. Значит, мое время еще не пришло. Но Энни придется многое объяснять, когда я встречусь с ней в следующий раз.

Кровотечение уже почти прекратилось, и я начал осматривать комнату. Ничего интересного, лишь немного одежды и книги из серии «Почему все мужчины плохие, а все женщины — хорошие». Я выяснил, что Энни собрала маленькую сумку и с ней сбежала, а по обстановке в комнате напротив ситуация повторилась лишь с той разницей, что в этой спальне, очевидно, находилось два человека. Меня провели. Одурачили. Надули. Энни приняла здешнее мировоззрение и переметнулась на сторону противника. Теперь в этом не оставалось никаких сомнений. После ее принятия во внутренний круг что-то произошло, и мне необходимо знать, что именно, особенно по той причине, что это согласовывалось с требованиями нашей службы — до того момента Энни должна оставаться невредимой и придерживаться легенды. Но, что более важно, она теперь представляла угрозу и для меня, и для всей службы. Ей было известно достаточно много, чтобы вызвать массу проблем, а если в обществе поползут слухи о том, кто мы такие и чем занимаемся, службу прикроют в тот же день. Насчет вероятных последствий у меня не было никаких иллюзий — действующий состав одним щелчком выведут за штат и ликвидируют. Может, мне и повезет устроиться на работу к Бруту, но сумеет ли он защитить меня от наемных убийц, пущенных по следу, это вопрос. В конце концов мне представится случай легко расстаться с жизнью.

Прежде чем приступать к дальнейшему расследованию, надо снова осмотреть весь дом. Я быстро и бесшумно стал переходить из комнаты в комнату, желая убедиться, что никто не затаился в углу, чтобы доставить мне следующую неприятность. Как я и ожидал, дом был пуст: они воспользовались шансом смыться до прибытия мифической штурмовой группы. Хорошо, что Энни недолго проработала со мной и не знала о моем пристрастии к работе в одиночестве.

Убедившись в безопасности дома, я позволил себе разразиться потоком ругательств и даже вскрикнуть, когда возвращал нос на более привычное ему место. Потом направился к лестнице для подробного обыска всех комнат до того, как я вызову судебных следователей.

И вдруг услышал в кухне какой-то шорох.

Плохо. Я замер и насторожился. Тихие медленные шаги в задней части дома, а теперь еще и в фойе. Одним плавным движением я выхватил пистолет и как можно тише шагнул к первой лестничной площадке. Лучше всего будет встретить их здесь, используя перила и коридор в качестве прикрытия. Я прочел коротенькую молитву и сделал глубокий вдох, чтобы расслабиться, а потом стал ждать, пока цель себя обнаружит.

Прошла минута, длящаяся не меньше часа. Кто бы ни был там внизу, он двигался неторопливо, очевидно исследуя первый этаж, как это совсем недавно делал и я. Внизу время от времени слышались тихие шорохи, а затем раздался скрип сверху. Я оказался в ловушке. Проверяя второй этаж, я, видимо, пропустил какой-то тайник. Теперь хорошо бы добраться до спальни Энни и держать оборону. Если вызвать подкрепление, мне все равно надо продержаться не меньше часа, а боеприпасов не так уж и много. С другой стороны, даже если все семеро набросятся на меня одновременно, патронов хватит. Наверно. Наверно…

Во-первых, я решил не сидеть на открытом месте, как последний болван. Я медленно поднялся на ноги и направился в конец коридора. Едва я двинулся с места, как позади меня что-то упало. Граната шокового действия. Я рванулся к ближайшей двери, но был еще на полпути, когда эта штука взорвалась, заполнив все вокруг ослепительным светом и грохотом, после которого я мог слышать только высокие ноты. Я развернулся, стараясь удержать пистолет, но увидел черные силуэты людей в противогазах и наставленные на меня автоматы. Они размахивали руками и что-то кричали мне, но я не мог разобрать ни слова. Наконец до меня дошел смысл происходящего, и я бросил пистолет на пол. Оставалось надеяться, что я не ошибся.