– А Девятая переправилась на ту сторону? – спросил Авель.

– Конечно да, – ответил генерал. – Но они наткнулись на ожесточённое сопротивление, когда подошли к лесу на той стороне. Первый взвод попал в засаду, и мы потеряли бог знает сколько людей. Так что съешьте ваш обед сами, подполковник, потому что сейчас моя задача – вывести оттуда живыми как можно больше людей.

– Могу ли я чем-либо вам помочь?

Командир на секунду прервал свой быстрый шаг и внимательно оглядел подполковника.

– Сколько у вас людей?

– Лейтенант, сержант, два капрала и двадцать восемь рядовых, вместе со мной – тридцать три человека.

– Хорошо. Отправляйтесь в полевой госпиталь и доставьте в тыл столько раненых, сколько сможете обнаружить.

– Есть, сэр, – сказал Авель и бегом направился к столовой, где нашёл своих солдат.

– Подъём, лентяи! Пора сменить обстановку: у нас есть настоящая работа.

Тридцать два человека встали по стойке «смирно».

– За мной! – крикнул Авель. – Бегом марш!

Он повернулся и побежал по направлению к полевому госпиталю. Молодой военврач инструктировал шестнадцать санитаров, когда Авель и его команда появились на пороге.

– Чем могу помочь, сэр? – спросил доктор.

– Нет, это я хочу помочь вам, – ответил Авель. – Генерал просил нас отправиться к вам на подмогу.

Тут подчинённые Авеля впервые услышали о задании.

Доктор подал Авелю коробку с повязками Красного Креста, которые повара, помощники по кухне и чистильщики картофеля надели на руки, пока доктор продолжал рассказ о том, что случилось в лесу на том конце моста Людендорфа.

– Девятая понесла тяжёлые потери, – говорил он. – Те солдаты, у которых есть медицинский опыт, пусть остаются на передовой, а остальным необходимо доставить сюда как можно больше раненых.

Доктор выдал им носилки и укомплектованные аптечки первой помощи, после чего повёл их к мосту Людендорфа. Они в тишине перешли по мосту, ступая друг за другом рядом с железнодорожными путями, и на той стороне увидели результат немецкого взрыва, который не смог разрушить мост. За лесом слышались звуки стрельбы. Авель был взволнован мыслью о том, как близко к передовой он находится, и ужаснулся: какие огромные потери противник нанёс его соотечественникам! Куда бы он ни поворачивал голову, всюду видел раненых солдат и слышал их крики о помощи.

Авель смотрел, как доктор останавливается около каждого солдата и делает всё, что может. Следуя его примеру, Авель начал перебегать от солдата к солдату, подзывая санитаров с носилками к тем, кто не мог помочь себе, и отправлял тех, кто ещё мог ходить, к мосту. К тому времени, когда они подошли к опушке леса, от первоначального состава команды остались только доктор, один чистильщик картошки и Авель. Все остальные несли назад носилки с ранеными.

Когда они втроём зашли в лес, то услышали канонаду противника. В глубине леса Авель разглядел огромную пушку, всё ещё нацеленную на мост, но теперь разбитую. Потом он услышал свист пуль и понял, как близко они находятся от противника. Он быстро присел в тревожном ожидании, а его чувства обострились до крайнего предела. Внезапно они услышали невдалеке очередной залп, вскочили и побежали в ту сторону. Пробежав сотню метров, они наткнулись на красивую поляну, покрытую густой зелёной травой, сквозь которую пробивались белые крокусы. Вся она была усеяна телами американских солдат.

– Да это же самая настоящая бойня! – вскричал Авель в гневе. Доктор ничего не ответил: он откричал своё ещё три года назад.

– Не обращайте внимания на мёртвых, – вот всё, что он сказал. – Просто посмотрите, есть ли такие, кто ещё жив.

– Вон там, – закричал Авель, опускаясь на колени перед сержантом, лежащим в немецкой грязи. У него не было обоих глаз.

– Он мёртв, подполковник, – сказал доктор, бросив на тело быстрый взгляд. Авель подбежал к другому телу, затем к следующему, но и они были мертвы…

Когда Авель проверил тридцатого – а может быть, это был сороковой, – то вернулся к доктору, пытавшемуся спасти жизнь какому-то капитану, голова которого, за исключением одного глаза и рта, была обмотана окровавленными бинтами. Авель стоял над телом капитана, беспомощно наблюдая за движениями рук доктора. Он увидел на рукаве капитанского мундира нашивку Девятой бронетанковой дивизии и вспомнил слова генерала Леонарда: «Один Бог знает, сколько людей мы сегодня потеряли…»

– Проклятые немцы! – воскликнул Авель.

– Да, сэр.

– Он мёртв?

– Вполне может быть, – ответил доктор равнодушным тоном. – Он теряет так много крови, что вопрос только во времени. – Он поднял голову. – Я больше ничего не могу тут сделать. Подполковник, попробуйте доставить этого единственного выжившего в полевой госпиталь до того, как он умрёт, и дайте знать на командный пункт, что я пошёл дальше и что мне нужен каждый человек, которого они могут прислать.

– Хорошо, – ответил Авель, и они с доктором аккуратно положили капитана на носилки. Авель и один из чистильщиков картошки медленно пошагали в лагерь. Доктор предупредил их, что резкие дёргания носилок могут вызвать ещё большую потерю крови. Авель ни разу не дал своему напарнику передышки, пока они не сделали четырёхкилометровый марш-бросок до полевого госпиталя. Он хотел дать капитану шанс на жизнь, а потом вернуться к доктору в лес.