Джейсон пожал Элли руку.

— Привет!

Папарацци тотчас защелкали камерами. Последовала непродолжительная вежливая беседа. Второй пресс-агент пожал им руки и отчалил.

— Какие милые люди, — заметила Элли.

— Милые, тоже мне! — хмыкнула Тори. — Им нужен был повод для слухов о вас двоих, чтобы вновь подогреть к себе интерес прессы. С тех пор как развалилась его поп-группа, о Джейсоне все забыли.

На другом конце патио Марк загородил выход из туалета очередной длинноногой красотке.

— Извините, вы ведь модель?

Девица гордо вскинула подбородок.

— Заводная модель.

Марк постучал пальцем по щеке.

— У вас тут блевотина.

Форд стоял, прислонившись к стене, и вскоре схватил с проносимого мимо подноса еще два бокала шампанского. Марк открыл мобильник и посмотрел на девицу.

— Может, я вам как-нибудь звякну?

— Уговорил.

Форд залпом осушил сначала бокал в левой руке, затем тот, что был в правой. Девица торопливо отошла прочь. Марк повернулся к другу и гордо продемонстрировал экран мобильника.

— 555-1234, — прочитал Форд.

Марк захлопнул телефон.

— Кстати, мне крупно повезло. У меня было мало имен на букву Н.

— Ты хоть когда-нибудь им звонишь?

— Только и делаю, что звоню.

— И?

— Вечно попадаю не на тот номер. Наверно, что-то не так с моей мобилой.

Форд пристальным взглядом окинул патио.

— Что-то пока не видно никаких звезд.

— Почему же? А Элли Стрит?

— Где?

— Вон там, у перил.

Десять минут спустя вокруг Форда собралась вся компания из отдела реквизита и бутафории. Все как один, открыв рты, таращились на его мобильник.

— Хватит заливать! Как ты докажешь, что это ее номер?

— Я просто подошел к ней, — ответил Форд. — А остальным слабо.

— И ты ей позвонишь?

— Сегодня же вечером. Мы договорились встретиться.

— А по-моему, номер «левый», — отозвался Марк. — Они никогда не дают настоящий.

Форд открыл мобильник и нажал последний из введенных номеров. На другом конце бассейна тотчас зазвонил телефон.

— Алло?

Полночь.

Парни из отдела реквизита и бутафории пили охлажденный чай и смотрели в панорамное окно, выходящее на бульвар Уилтшир. В стаканах позвякивали кубики льда. С плеча у каждого свисала сумка.

Музыка была грохочущая и лязгающая, темное помещение у них за спиной — битком набито потными телами танцующих при тусклом свете сотни стаканов с мерцающими коктейлями. Компания грамзаписи устроила вечеринку в честь выхода нового альбома панк-группы под названием «Массовое убийство пластиковых человечков». Кстати, это же название украшало собой свисающие с плеча рекламные сумки.

— И когда ты намерен звонить Элли? — поинтересовался Марк.

Форд поднес часы к стакану.

— Через полчаса.

— Тогда давай где-нибудь перекусим.

Они спустились на лифте на первый этаж. Вечеринка проходила на самом верху дорогого универмага. Двери лифта бесшумно открылись, и в глаза ударил яркий свет отдела спальной мебели. Швейцары в галстуках-бабочках уже ждали, чтобы доставить наверх группу вновь прибывших, другие проводили парней из отдела реквизита и бутафории через зал с парфюмерией к главному выходу.

Ярко-желтый кабриолет взял курс на север. В иной ситуации за руль сел бы Форд. В их компании он чаще всего исполнял обязанности шофера, потому что никогда не пил — вернее, не пил до сегодняшнего дня. Так что пришлось прибегнуть к старой испытанной схеме — за руль сядет тот, кто временно завязал. Сегодня таким вынужденным трезвенником оказался Педро, который все еще не мог без содрогания вспомнить: какие-то бродяги откопали его голым на свалке в Топанге и тыкали палками ему в бока.

Вскоре друзья свернули налево на бульвар Сансет. Радио захрипело и ожило. Форд клевал носом, мотая головой из стороны в сторону.

«Все в порядке, крошка, все в порядке…»

Через несколько кварталов друзья зарулили в ресторан для автомобилистов.

— Просыпайся! — крикнул Педро Форду.

Тот спросонья открыл глаза и заморгал.

— Где мы?

— В автозабегаловке.

— Что у них есть? — поинтересовался Форд.

— Как обычно. Бургеры, жареная картошка, кола. А ты что ожидал?