Отобедав, путники поднялись на палубу — в ту самую минуту, когда пароход входил в бухту Ридден маленького островка Элбенгрег. Именно здесь находилась крепость, в которой скрывался один из герцогов Аргайлл, пока жизнь этого борца за религиозную и политическую независимость Шотландии не оборвала гильотина.

Но вот пароход повернул на юг, спустился по проливу Бьют и поплыл среди лесистых островков, чьи резкие очертания были размыты опустившимся туманом. Обогнув мыс Ардламонт, пароход повернул на север, пересек залив Файн, оставив по левому борту селение Ист-Тарбет, миновал мыс Ардишег и наконец бросил якорь у входа в канал Кринен, возле деревни Локгилпхед.

Здесь пассажирам предстояло покинуть гостеприимную «Колумбию» — пароход имел слишком большую осадку, чтобы войти в канал с пятнадцатью шлюзами.

Пассажиров с «Колумбии» принял на борт небольшой пароходик «Линнет». Эта процедура заняла всего несколько минут. Пассажиры кое-как разместились на тесной палубе, и пароход заскользил между поросших лесом холмов, откуда доносились протяжные звуки волынки — старинного шотландского инструмента. Нет ничего заунывнее причудливых напевов, извлекаемых из трех низкоголосых сиплых дудочек, которые играют лишь в интервалах мажорной гаммы, без диссонансов — так было принято в старину. Когда пароход проходил через шлюзы, пассажирам приходилось высаживаться на берег, где парни и девушки из окрестных деревень предлагали им парное молоко. Молодежь говорила между собой на древнем гэльском наречии, которое употребляли кельты, англичане же понимали его с трудом.

После двухчасовой задержки из-за плохой работы шлюзов «Линнет» вновь двинулся вдоль русла канала. Оставив позади угрюмые деревушки, фермы и огромное болото Эдд, пароход причалил у селения Балленок. Здесь пассажиры пересели на судно «Гленгарри», которое вышло из канала Кринен и обогнуло мыс, где возвышался замок эпохи феодализма — Дантрун-Касл.

Можете себе представить разочарование мисс Кэмпбелл, когда линия морского горизонта как бы ускользнула за остров Бьют и больше уже не появлялась. Хелине казалось, что они плывут по озерам в краю Роб Роя. То и дело попадались чудесные острова с березами и лиственницами, купающимися в зеленых волнах лугов.

Наконец «Гленгарри» обогнул северный мыс острова Джура, и открылось море.

— Вот оно, дорогая Хелина! — промолвил дядюшка Сэм, указывая на запад.

— Не наша вина, — сокрушался дядюшка Сиб, — что эти злосчастные острова, в которых заблудился бы сам дьявол, заслонили горизонт.

— На сей раз я вас прощаю, милые дядюшки, — мисс Кэмпбелл решила быть великодушной, — но чтоб больше подобное не повторялось!

К шести часам вечера солнце прошло лишь четыре пятых своего дневного пути. Предполагалось, что пароход «Гленгарри» прибудет в Обан еще до захода светила, и мисс Кэмпбелл надеялась, что ее мечта увидеть закат в море сбудется: на небе ни облачка, видимость превосходная — лучшего и желать не надо тому, кто хочет увидеть Зеленый Луч.

Однако неожиданное происшествие задержало на некоторое время пароход.

Хелина, все еще в плену своей мечты, не уходила с палубы и словно завороженная следила за линией горизонта, открывшейся между двумя островами. От опускавшегося в море солнца на воду легла золотистая дорожка, последние ее блики гасли у борта судна.

По-видимому, мисс Кэмпбелл была сейчас единственным человеком на борту «Гленгарри», чей взгляд был прикован к далекой полоске горизонта. Как бы то ни было она оказалась единственной, кто заметил необычное волнение моря вблизи острова Скарба и услышал гул разбушевавшихся волн. Нос парохода разрезал неподвижную, с виду вязкую, точно деготь, воду, спокойствия которой не нарушало даже легкое дуновение ветерка.

— Откуда взялись там волны? — удивилась Хелина.

Мелвиллы не знали, что ответить. Они и сами не понимали, что происходит в узком проливе на расстоянии трех миль от парохода.

Мисс Кэмпбелл обратилась к стоявшему на мостике капитану «Гленгарри», наблюдавшему за берегом в бинокль.

— Как вы думаете, отчего возник этот шум и волнение на море?

— Обычное явление во время прилива и отлива, — вежливо ответил капитан. — Это грохочет водоворот Корриврекан.

— Но ведь ветра нет, воздух совершенно неподвижен.

— Это не зависит от ветра. Водоворот образуется, когда волны морского прилива или отлива устремляются в узкий проход между островами Джура и Скарба. Течение там такое стремительное, что маленьким суденышкам приходится туго.

На всем Гебридском архипелаге нет места более опасного, чем водоворот Корриврекан. Его можно сравнить с приливным течением в устье Сены, в узком проливе между молом и бухтой Трепассе в Бретани или с проливом Бланшара, между Ориньи и Шербуром, куда устремляются воды Ла-Манша.

Кельтская легенда гласит, что корабль скандинавского принца Корриврекана потерпел крушение в этом проливе, а сам он утонул. Этот опасный пролив, где нашло свою гибель не одно судно, можно сравнить разве что со зловещим Мальстремом у берегов Норвегии.