Звери тут же приподняли головы: их ноздри взволнованно заходили, а глаза последовали точно за передвижением прутика с сосисками.

— Скажите, а как вы меня нашли? — осторожно поинтересовалась Каве.

Вместо ответа маг выразительно глянул на цепочку, обвивавшую тонкую шею Каве, и перевел взгляд чуть ниже — на Ключ.

— Пока ты носишь эту вещь, я всегда буду знать, где он. Я же сотворил его, поэтому между нами прочная связь.

— Скажите, а так с любой вещью, которую вы… мм… сотворили?

— Конечно.

— В таком случае не будете ли вы любезны… — Девушка запнулась, гадая, как бы повежливее оформить просьбу. — В общем, рассказать, кто сейчас владеет Карпатским Венцом?

— Могу, — неожиданно легко согласился маг. — Тем более мне самому интересно.

Мольфар щелкнул пальцами перед изумленной девушкой, и моментально на этом месте появился большой радужный пузырь с тонкими стенками. Внутри него горел оранжевый лепесток пламени. Подобный шар Каве некогда видела в комнате у госпожи Кары — английской ведьмы-наставницы и собственной же прабабушки, согласно официальной версии то почившей, то вновь ожившей.

Она вгляделась и вдруг различила на тонких стенках пузыря неясные, мятущиеся тени. Вскоре изображение прояснилось и стало четким: она увидела знакомую полосатую гостиную — комнату в доме госпожи Кары, где девушка имела честь учиться в течение последнего года. На диване перед полыхающим огнем камина сидела сама госпожа Кара и…

Каве шумно втянула носом воздух: в руках английской наставницы сиял изумрудами Венец карпатских князей.

— Вот же гадина! — вырвался у нее рассерженный возглас. — Старая сволочь!

Маг одарил девушку снисходительным взглядом:

— Надеюсь, не я?

— При чем тут вы, — пробурчала ведьма, коря себя за несдержанность. — Просто я… не ожидала, в общем.

— Наверное, ты не в курсе последних новостей, — продолжил маг и наконец-то предложил девушке миску с еще горячими, остро пахнущими сосисками.

— Спасибо. — Едва поблагодарив, Каве отбросила все приличия и жадно принялась за еду. В эту минуту она чувствовала себя хищником, которому не давали мяса целый год.

— Новый князь обязан передать взятый на время Карпатский Венец одной из хранительниц. И так как одна из них далеко, то осталась твоя старая… родственница. Кстати, возможно, она собирается отдать корону обратно князю… Ну а если тому удастся заполучить третий символ власти — Державу… Между прочим, тогда малый стал бы полноправным князем и никто не смог бы помешать ему в этом. Мало того, он сравнялся бы в правах с нашим знакомым — заносчивым чародольцем-полудухом… Неплохо я придумал с этими символами власти, а?

— Неплохо, только путаницы много, — честно ответила девушка.

На это маг предпочел промолчать.

— Что думаешь делать дальше? — спустя мгновение спросил он.

Не отрываясь от поедания сосисок, ведьма передернула плечами. Да, у нее родился некий план действий, но она предпочла бы пока что не делиться этими соображениями с Великим Мольфаром.

— А я вот знаю. — Маг строго взглянул на нее. — Ты поедешь в Фортуну — столицу Чародола и примешь участие в Чаклуне.

— Что-что-что? — От этого известия Каве так расстроилась, что даже перестала жевать. — Зачем?!

— Ты уже ввязалась в эту историю по самые уши. Раз Золотой Ключ тебе доверился — вот и разгадывай его тайну. А мне и самому любопытно разобраться, в чем твой дар, уважаемая ведьма. Ни прабабка Марьяна, ни сам Мстислав Вордак, ни его враг Лютогор, ни Чародольский Князь — не смогли разгадать твоего дара, списывая твои победы то на простое везение, то на непростое. Согласись, занятная выходит история.

— Кому как, — пробурчала Каве. — Но, скажу откровенно, у меня нет никакой охоты принимать участие в неизвестном Чаклуне, да еще под носом у Чародольского Князя, как я понимаю, раз дело происходит в его столице.

— Верно мыслишь, — хмыкнул маг. — Но выхода у тебя все равно нет. Я бы тебе не советовал возвращаться в Карпаты — Лютогор по-прежнему силен. К тому же от вожделенного титула Единого Карпатского Князя его отделяет всего лишь одна человеческая жизнь — жизнь мальчишки. Твоя же прелестная златокудрая головка — прекрасный рычаг давления на беднягу Вордака-младшего. Или у тебя есть другие мысли по этому поводу?

Каве раздраженно фыркнула. Мало того, при упоминании о Вордаке-младшем у нее заныло сердце.