– Простите, помогите на хлеб? – раздалось позади.

Голос был жалобным и совсем юным, они оглянулись. Возле Антона остановилась молоденькая попрошайка, худая невысокая девушка с длинной светлой косой, большими ясными глазами и застенчивой улыбкой на веснушчатом милом личике. На девушке было длинное лёгкое платье из какого-то дешёвого ситчика и… больше ничего! Она стояла босиком на раскаленном асфальте, кожа возле ступней была красной, как у варёного рака, а кое-где потрескалась и пошла волдырями.

– Ты с ума сошла!

Антон, не задумываясь, подхватил девушку на плечо, поволок к фонтану.

– Мать, аптека, быстро. Любую мазь от ожогов.

Несмотря на тезисный стиль, Матрёна вполне поняла, что хочет от неё Чёрный – после операции с кольцами им всё утро казалось, что одни и те же мысли одновременно возникают у них в головах. Она осмотрелась и двинула к аптеке, обнаруженной на углу напротив. Чёрный усадил девчонку на стенку чаши фонтана, макнул ногами в воду. Та не сопротивлялась.

– Отмывай, – почти приказал он.

Девушка послушно наклонилась и стала оттирать от вспухших обожжённых ног уличную пыль и частички въевшегося в кожу асфальта. Вернулась Матрёна, протянула тюбик. Антон сказал пациентке выставить ноги на солнышко и просушить. Та протянула пятки под ветерок.

– Матрёш… – Антон хотел попросить Матрёну сходить посмотреть, где здесь можно купить какие-нибудь лёгкие тапки.

– Да? – вдруг отозвалась девчонка.

– Это она – Матрёша, – указал Антон, и тут до него дошло. – А, ты тоже? Вот я попал!

– Она тоже? – делано удивилась попрошайка. – Тёзка, значит. Это правильно.

Чёрный не понял. Он подумал, что у девицы нехорошо с головой – кто же станет ходить босиком в такую погоду? Её ноги стремительно высыхали, Антон взялся за мазь. Он старательно намазал толстый слой по всей ступне, взял вторую.

– Так тапочки поищи, – попросил он свою Матрёну.

Она кивнула.

– Не нужно, – вдруг мягко произнесла пациентка. – Спасибо, всё уже хорошо. Я не ошиблась.

– В чём? – с глупым видом спросил Антон. Он не отрывал глаз от девичьих ног, а те стремительно выздоравливали: обожжённая красная кожа покрывалась коркой и облезала, взамен показывалась новенькая нежная и розовая, как у младенца, кожица. Не прошло и пяти минут, как болтающиеся в воздухе пятки странной Матрёны приобрели первозданную новизну.

– Я хотела знать, действительно ли ты тот, кем ты будешь, – так же туманно заговорила она, разглядывая Антона. – Тогда понятно, почему они здесь.

– Кто здесь? – переспросил он.

– Оглянись.

Антон и Матрёна оглянулись одновременно. Вокруг площади выстроилась цепочка их старых знакомых; теперь, когда их было много, можно было заметить некоторое различие в фигурах и лицах, но одинаковые костюмы его хорошо прикрывали. Чёрный стиснул зубы и потянулся за тростью.

– Не нужно. – Странная Матрёна спокойно перехватила его руку. – Я вас провожу.

– Кто ты? – наконец догадался спросить Антон. Он вдруг осознал, что не почувствовал веса девушки, когда её поднимал.

– Матрёна Петровна. – Она смотрела на них ясными глазами, словно не понимая, что тут ещё говорить. – Я здешняя.

– Почему ты решила нам помогать?

– Великое творение должно быть завершено. – Кажется, она не умела изъясняться по-человечески. И тут же озорно рассмеялась: – Да и как не помочь своей милой тёзке? Чай под одним ангелом ходим.

Она энергично встала и подхватила под руки Антона с Матрёшей:

– Идём! Нечего рассиживать.

Они прошли между двумя мрачными стражами и вышли на тротуар. Преследователи не обратили на них никакого внимания. Прохожие то и дело задевали то Чёрного, то Матрёну и удивлённо шарахались в стороны, иногда извиняясь. Создавалось впечатление, что их просто никто не видит.

Матрёна-спасительница проводила их до самых дверей метро и на прощание попросила быть осторожными.

– Идёт большая Игра, в Городе много чужих. Они ищут вас и мешают друг другу, это вам в пользу. Грядёт великий огонь, если вы проиграете, его не остановить. Пока ещё есть надежда. – Она оглядела Антона и Матрёну так, как будто провожала их в последний бой. – Россия будет в огне, но, если всё сложится правильно, она устоит.

Босоножка развернулась и быстро зашагала прочь. Она завернула за киоск, а Чёрный с Матрёшей нырнули в метро, в котором тоже не осталось никакой прохлады.

Мирон не уставал удивляться безумию окружающего его мира, безумию и в глобальных действиях организованных групп людей, и в мелких бытовых вопросах. Почему билетов нет в кассе вокзала, но тут же к вам подойдёт ушлый молодой человек с хитрыми глазами и предложит их на любой интересующий вас поезд? И стражи порядка сделают вид, что они его в упор не видят. Он послал барыгу по известному адресу и отправился в офис – заказывать через Интернет то, что невозможно получить в надлежащем месте. В запасниках агентств билеты тоже должны быть.