— Только не доктор Муллен! Ему нельзя верить. К тому же он не педиатр.

— Но он знает вас обеих и ваш случай, — возразила мама.

В комнату вошла Ариэль, села за стол и принялась за свой завтрак. Я пододвинула к ней стакан со свежевыжатым лимонным соком.

— Пей, — сказала я. — Твой любимый.

Она сделала большой глоток и поперхнулась. Сок полился у нее изо рта на стол.

— Какая гадость!

— Еще вчера тебе нравилось, — заметила я, многозначительно глядя на мать.

Та предпочла сделать вид, что ничего необычного не произошло, лишь сделала Ариэль замечание насчет поведения за столом. Как будто это сейчас имело какое-то значение.

— Пошли, девочки. Пора.

Мы приехали в школу, Ариэль отправилась на свои занятия, а я разыскала Эмму.

— Ну что?

— Я уверена, это не Ариэль. Она практически сама все подтвердила. Она не сразу откликается на собственное имя, она терпеть не может лимонный сок...

— Что мы можем сделать? — спросила Эмма, когда мы спешили в класс.

— Мы должны попасть в клинику. Доктор Муллен вновь что-то затеял. Но что? В любом случае он наверняка в этом замешан.

— Если там происходит что-то незаконное, то без него точно не обошлось, — согласилась Эмма. — Вопрос в том, как нам быть.

Занятия тянулись медленно. Я все ломала голову, придумывая новое имя для девочки, которая называла себя Ариэль. Если она согласится сменить имя, я буду абсолютно уверена, что это другой ребенок. Настоящая Ариэль любила свое имя. Может, эту мне назвать Лгуньей. Нет, это было бы нехорошо по отношению к ней. Она врет и врать ее заставляет доктор Муллен. Или назвать ее Простофиля?

А может, что-то простое, например, название какого-нибудь цветка? Новое имя поможет ей осознать свою индивидуальность, заставит мыслить самостоятельно. Если мне удастся осуществить свою идею, я смогу выяснить, куда исчезла настоящая Ариэль.

И тут меня осенило! Никаких названий цветов. Адам был первым мужчиной. Ева — первой женщиной. Вот она и станет Евой — совершенно обновленной личностью.

Когда пришло время ланча, я поспешила ее разыскать.

— Ты читала Книгу Бытия?

Она отрицательно покачала головой.

— Ну, есть такая книга, которая называется Библия, — сказала я, садясь с ней за стол. — В ней содержатся разные истории про то, как создавался мир.

— О! Я знаю. Мифы о сотворении мира. Я их изучала. Бытие — это про Адама и Еву, правильно?

— Да. И поскольку ты начинаешь новую жизнь, я думаю, тебе нужно новое имя. Ева.

Она выглядела растерянной.

— Ты не хочешь, чтобы я была Ариэль?

— Нет, — твердо сказала я, — потому что, хоть ты и не признаешься мне в этом, я знаю, — ты не Ариэль. Поэтому неправильно называть тебя этим именем.

Она попробовала возразить, но я продолжала:

— У тебя должно быть свое собственное имя. Я дала Ариэль ее имя. А теперь я дам имя тебе. Ты будешь Евой — еще одной моей младшей сестрой.

Она с надеждой взглянула на меня:

— Ты будешь любить меня? Ты не захочешь от меня избавиться, если я не буду Ариэль?

Вот оно что! Вот чем доктор Муллен запугивал ее. Я накрыла ее руку своей:

— Конечно, нет. Теперь твое имя Ева — и ты еще одна моя сестра. Но я прошу тебя помочь мне найти Ариэль.

Она вдруг вцепилась в стол:

— Миранда!

— Что?!

— Моя голова! Ужасно болит!

Я достала свой телефон и позвонила маме.

— Да, дорогая?

— Мама, у Ариэль снова ужасные головные боли. Если ты немедленно не приедешь и не отвезешь ее к врачу, я сделаю это сама. И ей нужно не к доктору Муллену, а к моему доктору.

— Миранда!

— Я скажу директору, что ты не можешь приехать, и сама отвезу ее на такси.

— Сейчас буду у вас, — хмуро ответила она.

— Жду, — сказала я, отключаясь. — Пойдем, Ева, подождем у входа. Эмма, предупреди учителей.

Когда подъехала мама и мы забрались в машину, я сказала:

— Мама, познакомься с Евой.

— Что ты еще придумала?

— То, что это не Ариэль. Это Ева.

— Довольно, Миранда! Я везу Ариэль к врачу, а ты прекрати нести чепуху.

Я промолчала. Сейчас я размышляла о том, как мне найти настоящую Ариэль. Где она может быть? И зачем понадобилась эта подмена?