— Так, — сказал контрразведчик, — По вашей логике из этого, видимо, должен следовать вывод, что имитация чужой личности не такое сложное дело, как кажется.

— Совсем не сложное, — подтвердил Ледфилд, — при условии, что у целевой аудитории имеется априорная установка на узнавание. А при противоположной установке, это невыполнимое дело, даже при объективной идентичности оригиналу.

Ян сосредоточенно затушил в пепельнице окурок и предположил:

— Уж не хотите ли вы сказать, что личность человека определяется не какими-либо объективными факторами, а согласованным мнением окружающих?

— В общем, да, — ответил Ледфилд, — Если взять двух людей с более-менее сходными физическими данными, профессиональными и бытовыми навыками, одинаковым мировоззрением и с близким уровнем интеллекта, то их различия окажутся очень незначительными. А расхожее утверждение об уникальности каждой человеческой личности, это антинаучная мистика. Если вы сравните себя двадцатилетнего и себя сегодняшнего, то много ли найдется общего? Зато, вы и какой-нибудь ваш коллега, работающий в похожем стиле, наверняка похожи по множеству общих свойств.

— Значит, — произнес Ян, — личность это нечто мифическое, вроде Лунного Зайца.

— Скорее, номинальное, вроде корпорации, — уточнил Лейв, — Возьмите корпорацию «Apple». Она не имеет ничего общего с тем, чем она была в 70-е годы прошлого века. Другой тип товара, другая концепция работы, все другое. Но для юридических целей удобнее считать, что это та же самая корпорация, только сильно повзрослевшая. С человеком та же история. В эпоху товарно-денежных отношений юридически проще считать его длящейся корпорацией, поэтому социум формирует миф о личности.

— Гм… Поговоришь с вами, адвокатами, и начинает казаться, что все в жизни — обман.

— Да. В этом смысле, Ян, у нас с вами похожие профессии.

Контрразведчик улыбнулся одними уголками губ.

— Чертовски меткий выстрел, Лейв. Но вернемся к дублям. Представим, что некто поставил целью доказать, что никакой киборгизации не было. Что экипаж станции «Эратосфен» погиб, а интересанты проекта «Фавориты Луны» морочат всем голову, показывая грубые кибернетические имитации людей, в смысле — астронавтов.

— Представил. Что дальше?

— Дальше. Знает ли некто, что бесполезно доказывать неаутентичность подделки?

— Да, — Ледфилд кивнул, — Прецедент Мартена Герра известен многим экспертам.

— …Значит, — продолжал Ян, — некто пойдет по другому пути. Например, он начнет доказывать, что создание кибер-дублей выполнено гораздо раньше, чем произошла авария. Как минимум, на месяц раньше.

— На несколько месяцев, — уточнил Ледфилд, — Это могло быть сделано только когда астронавты еще находились на Земле. Я не думаю, что не Луну привезли комплекс биомедицинского оборудования, необходимый для построения дублей.

— …Таким образом, — заключил Ян, — несложно уличить дирекцию АГАС во лжи.

Ледфилд отрицательно покачал головой.

— Дубли могли существовать на станции «Эратосфен» параллельно с оригиналами.

— Да, но это будет означать, что никакой киборгизации не было. Что человеческая половина экипажа безвозвратно погибла, и уцелели только дубли.

— На месте адвоката АГАС, — сказал Лейв, — я стал бы давить на то, что астронавты постоянно находились в контакте с дублями, как в случае с Энджелом Маршаллом, обеспечивая длящееся соответствие между оригиналом и дублем.

— А вас спросят: почему об этом сообщается только сейчас?

— А я сошлюсь на служебную тайну.

— Тогда, — парировал Ян, — противник потребует полного судебного расследования программы экспедиции, и всего, что происходило на «Эратосфене». Особенно его заинтересует полная видеозапись момента гибели астронавтов. Она должна была сохраниться в памяти компьютера станции.

— Я бы лучше сделал так, чтобы она случайно стерлась, — сказал Ледфилд.

— Это значит: расписаться в своем жульничестве, — возразил контрразведчик.

— В какой-то мере, да, но, с этого еще можно как-то сползти. А вот если такую запись покажут в суде, то все пропало. Просмотр видеозаписи наступления смерти настроит присяжных против АГАС совершенно однозначно и бесповоротно. Это психология.

Ян неожиданно и явно намеренно и жестко посмотрел собеседнику прямо в глаза:

— Это психология, вы сказали?

— Да, — подтвердил Ледфилд, и доброжелательно улыбнулся, — …И фокус, коорый вы сейчас делаете глазами, тоже психология, но дурацкая. Лично я не обижаюсь на такие грубые тесты правдивости, но с другими людьми не советую вам так поступать. Одним подобным взглядом вы навсегда испортите отношения с человеком.