— Верно. Раз уступил в этом, то и в другом уступишь, — согласился Ит. — И Маданга начала действовать. Сначала депортировали всех рауф…

— … а потом это было признано незаконным актом, так? — спросил Ри, созидающий утвердительно кивнул. — Рауф снова разрешили вход в мир.

— И в мир вошла армия, — заметил Леон.

— А на выходе из Машины Перемещения эту армию ждала другая армия, — закончил Ит. — Нет, конечно, я не совсем прав. Транспортников никто в процесс вовлекать не стал, действия начались на расстоянии, которые сочли приемлемым.

— Можешь не продолжать, — Таенн скривился, как от горечи. — Пакость это все просто чудовищная. Я вообще в курсе о том, что тут было, знаю, правда, не настолько подробно, насколько Ит, но…

— А ты знаешь о том, что тут это все первоначально назвали игрой? — поинтересовался Ит. — Да, это была игра — и юридически почти год никто не мог ни к чему придраться. Только когда в дело вступил Антиконтроль и когда начали гибнуть и люди, и рауф, официалы и Контролирующие получили право вмешаться.

— Не знаю, откуда тебе это известно, — Бард сделал ударение на слове «тебе», — но примерно так оно и было.

— А кого обвинили в капсуляции? — спросил Ри.

— Контроль, разумеется, — не задумываясь, ответил Ит. Инженер присвистнул.

— Конечно, Контроль, — кивнул Леон. — Даже официалы остались с чистыми руками. Ну или почти с чистыми, неважно…

— Так вы считаете, что нас найдут? — Ри, как всегда, больше интересовала практическая сторона дела. — И чем это нам грозит?

— Да в принципе, ничем, — без особой уверенности ответил Морис. — Внутрь станции им попасть не светит, сами мы просто не выйдем. Дождемся пульса и уйдем. Больше нам ничего не остается.

Впервые Ит столкнулся с тем, что Контролирующие могут столь фатально ошибаться. К моменту этих событий он уже понимал, что они далеко не всесильны, да и сами они не раз говорили об этом, вот только в душе все равно жила надежда, что это не так, что они почти со всем могут справиться, что…

Все оказалось иначе.

Гораздо грубее и проще.

Настолько проще, что ни Иту, выросшему в благополучном замкнутом мире Мадженты, ни Ри, привыкшему с малых лет к непростой, но справедливой жизни в мире Индиго, не пришло в голову что-либо подобное.

Сначала со станцией связался корабль, принадлежащий пограничной охране суверенного государства Гана, на территории которого находилась станция. С корабля передали требование — немедленно поднять секторальную станцию на поверхность, а затем сдаться. Искин сухо и сдержано ответил, что требование отклоняется. Станция находится здесь не в связи с капсуляцией мира, а по совершенно другой причине, и, как только это станет возможно, она покинет планету.

Корабль на час замолчал, а потом с него передали то же требование. На этот раз рискнул ответить уже Таенн — он более подробно объяснил ситуацию и недвусмысленно дал понять, что ни на переговоры, ни на контакт экипаж станции не пойдет.

— Пойдет, пойдет, — заверили с корабля. — Доконтролировались, суки.

Связь снова прервалась.

— Что все это значит? — спросил Ри.

Таенн, все больше и больше мрачнея, принялся что-то путано объяснять, но сбился, махнул рукой и смолк. Скрипач, как всегда неравнодушный к чужому горю, подошел к нему и ласково взял руками за плечи.

— Да уйди ты, чудо, — простонал Бард. — Не до тебя сейчас. Уйди, кому говорю. Не вводи в грех!..

Скрипач насупился и отошел. Ит проводил его беспомощным взглядом, но позвать не решился — они ждали ответа с поверхности, сейчас действительно было не до Скрипача.

— Что они собираются делать? — встревоженно спросил он.

— Не знаю, но вряд ли что-то хорошее, — бесстрастным голосом ответил альбинос. — Ит, Ри, чтобы не происходило, не покидайте станцию.

— В смысле? — не понял Ри.

— Не покидайте станцию, пожалуйста, — в голосе Леона вдруг зазвучали просительные нотки.

— Да с какой радости нам всем ее вообще покидать? — удивился Ри. — Что они нам могут сделать? Взорвут, что ли? Даже не смешно.

— Не взорвут, конечно, — заметил Морис. — Им эта станция и самим пригодится.

— Нам она тоже пригодится, — засмеялся инженер. — Нам она вообще-то нужнее, вам так не кажется?

— Ри, хватит ехидства, — вдруг попросил Таенн. — Ребятки, вы все, уж простите, несете какую-то чушь. Ситуация очень серьезная. Маданга, к моему великому сожалению — это вам не Террана, на которой можно было со Стовером в догонялки играть. Это продвинутый техногенный мир, который в капсуляцию попал исключительно из-за своей мерзостности. Его и до капсуляции терпели только потому, что он приносил неплохой доход. Не было бы дохода…