Он ухмыльнулся, явно задумавшись, но тут к нам присоединились Декс и Рейчел, и я так и не услышала ответа — он всего лишь подмигнул мне. Помнится, мне тогда захотелось продемонстрировать ему свои способности в этой области. Не то чтобы я действительно желала переспать со своим шафером — это была всего лишь мимолетная мысль, навеянная спиртовыми парами.

Так для меня и закончился тот вечер, а дальнейшее я помню довольно смутно — то, как Декс вывел меня из бара и как я блевала в бумажный пакет, свесившись с кровати.

Пару дней я не вспоминала о Маркусе, пока он не позвонил, чтобы поговорить с Дексом. Я сказала, что Декс на работе, и обрадовалась возможности поболтать.

— Он всегда на работе, — бросил Маркус.

— Ой, и не говори… Как у тебя дела? Что новенького? Кажется, вы в тот раз засиделись там допоздна? — спросила я. Отвезя меня домой, Декс вернулся в бар, и они с Маркусом торчали там почти до семи утра.

— Да. Прости, — извинился он.

— У тебя все было в порядке? — Да.

— И что, с другими девушками ты не болтал?

Он рассмеялся:

— Да нет, я люблю потрепаться с девушками.

Вдруг я почувствовала непреодолимое влечение к нему, которое уже испытала в баре.

— Да. Помню, — кокетливо сказала я. — Так как у тебя с Вандой?

— С Вандой?

— Ну да. С той, которая любит бегать.

— Ах, эта Ванда! Ну… В общем, у нас не сложилось. Но я вот что думаю…

— Что ты думаешь? — робко спросила я, думая, что он тоже не прочь со мной пофлиртовать.

Но вместо этого Маркус сказал:

— Я подумал насчет Рейчел. Было удивительно услышать из его уст это имя.

— Что ты имеешь в виду?

— Она с кем-нибудь встречается?

— Нет. А что? — спросила я, чувствуя нечто вроде посягательства на свои права и легкий укол ревности оттого, что Маркус заинтересовался моей подругой. Конечно, в глубине души мне хотелось, чтобы он думал только обо мне. Это был чистой воды эгоизм, особенно учитывая то, что я помолвлена, а Рейчел нет. Но я ничего не могла с собой поделать.

Маркус продолжал:

— Знаешь, в ее серьезности есть что-то очень привлекательное.

— Да, она интересная девушка, — сказала я, думая, что в этом есть нечто ненормальное — назвать Рейчел привлекательной, пусть даже в последнее время по сравнению с годами юности она изменилась в лучшую сторону. По крайней мере, у нее меньше морщинок вокруг глаз, чем у большинства женщин нашего возраста. А если ей вдруг приходило в голову принарядиться, ее можно было даже назвать симпатичной. Но «привлекательная» — это слишком.

— Ну, если ты хочешь пригласить на свидание мою подругу, спроси меня как, — сказала я смеясь, но и в самом деле об этом задумалась. Почему бы на этот раз мне не сыграть роль помощницы?

— Отлично. Передай ей, что я хочу пригласить ее на свидание. И намекни, что лучше бы для нее согласиться.

— Или что?

— Или это будет самая большая ошибка в ее жизни.

— Даже так?

— Да, — сказал он. — Именно так.

И я снова почувствовала укол ревности. Как плохо, что сама я не могу подцепить Маркуса, потому что скоро свадьба. Даже безотносительно ко всем чувствам, которые я к нему испытывала, я подумала: просто ужас, если мне больше никогда не суждено узнать прелести первого поцелуя с новым мужчиной. Вдруг я больше никогда не влюблюсь?! Мне кажется, большинство парней через это проходят, но, как правило, до того, как они покупают обручальные кольца и отказываются от свободы. У женщин все по-другому, насколько я могу судить. Они находят хорошего парня, и им кажется, что больше ничего не нужно. Они полностью удовлетворены, причем надолго. Кажется, в этом отношении я больше похожа на мужчину.

И вот, несмотря на то, что у меня по спине от возбуждения мурашки бегали, я поняла, что с Маркусом у нас ничего не получится. И тогда решилась на благородный поступок: уговорю Рейчел пойти с ним на свидание и вообще буду активно способствовать их роману. А если у них и в самом деле все сложится, порадуюсь за обоих.

Но когда Рейчел и Маркус наотрез отказались посвятить меня в детали, я очень обиделась: без меня вообще не было бы этого дурацкого свидания. Рейчел ничего мне не рассказала, я даже не знала, целовались ли они, и потому терялась в догадках, как все закончилось. Чем больше я приставала, тем больше они секретничали — и тем сильнее Маркус начинал меня интриговать. Это был какой-то порочный круг. И потому в течение следующих нескольких недель каждый раз, когда Маркус звонил Дексу, я ставила себе целью во что бы то ни стало, проговорить с ним как можно дольше. Однажды даже позвонила ему сама, с работы, якобы лишь затем, чтобы поговорить о поездке в Хэмптон и о каких-то предсвадебных мелочах. Повесив трубку, я тут же отправила ему сообщение по электронной почте. Он немедленно ответил, и мы играючи обменивались репликами целый день. Это было забавно.

Когда подошло четвертое июля, Рейчел и Декс оба вынуждены были остаться в городе из-за работы, вместо того чтобы ехать с нами в Хэмптон. Конечно, я была раздосадована тем, что моя лучшая подруга и мой жених будут сидеть в Нью-Йорке, но отчасти меня привлекала идея провести выходные с Маркусом без посторонних глаз. Я не хотела ничего глобального. Просто небольшая интрижка.

Все началось в «Толкхаусе», после того как мы опять пытались друг друга перепить, только на этот раз без Декса и его душеспасительных назиданий. Я здорово перебрала, но изо всех сил пыталась выстоять и не показать, что мне плохо и что я совсем поглупела. Конечно, я была сильно пьяна. И Маркус тоже.