— Разбавлено, — заметил он. — Хотя крепость нормальная.

— Значит, это чуть крепче, чем водка, но разбавлено?

— Да-да, — сказал алкоголик и сделал еще глоток. — Но чище, чем «Эксплорер», это совершенно очевидно.

— Ее наливали из бутылки с надписью «Абсолют»…

— Нет, это точно не «Абсолют». Не такая забористая. Вообще не шведская. И не финская. И абсолютно точно не американское дерьмо, вроде «Смирнофф». Нет, это настоящая восточноевропейская водка с привкусом химической фабрики. Вероятно, шестидесятипроцентная. И разбавленная, как я уже казал.

— Ты действительно знаешь, о чем говоришь, или все это пустая болтовня?

Гигант-алкоголик посмотрел на Йельма бесконечно оскорбленным взглядом.

— Вы можете послать меня ко всем чертям, если хотите, — угрюмо произнес он.

— Еще что-нибудь можешь добавить?

— Нет. Русская, литовская или эстонская шестидесятипроцентная водка. Хорошенько разбавленная водой.

Йельм удивленно поблагодарил его и направился прямиком в полицию. Прежде чем он смог поговорить с сотрудниками, ему пришлось некоторое время подождать. Мужчина, который вышел ему навстречу, представился как инспектор криминальной полиции Юнас Вреде и выглядел немногим старше двадцати лет. С волосами цвета спелой ржи, рослый, с деревенским лицом.

А также, как оказалось, очень сведущий.

— Госкрим, — мечтательно сказал Вреде, когда они расположились у него в кабинете. — А не имеет ли это отношения к убийствам грандов?

— К чему?

— К убийствам грандов. Это обозначение самого Государственного полицейского управления, так оно называет дело об убийстве четырех бизнесменов в Стокгольме.

— Ну и ну! — удивленно воскликнул Йельм.

— Так и в газетах было написано. В сегодняшнем отчете с пресс-конференции начальника отдела Вальдемара Мёрнера и инспектора полиции Альгота Нюлина.

— А кто такой, черт возьми, этот инспектор полиции Альгот Нюлин? — вырвалось у Йельма, который понял, что ровным счетом ничего не знает об игре средств массовой информации и властей вокруг расследования «Группы А». Он-то просто выполнял свою работу.

Во всяком случае в заслугу властям следует поставить то, что они в течение полутора месяцев ухитрялись скрывать от ТВ и прессы существование «Группы А».

— Так имеет ли ваш визит отношение к этому? — настойчиво повторил Юнас Вреде. — Госкрим не посещал нас с того самого происшествия в банке Альготсмала. Ваш приезд как-то связан с убийством грандов?

— Я не уполномочен отвечать на этот вопрос, — сказал Йельм, надеясь, что административно-авторитарный тон поможет ему косвенно подтвердить то, что он не мог подтвердить напрямую.

Прием сработал. Вреде подтянулся.

— Что вам известно о тех людях, которые содержат кабачок «Хакат и Малет»? — спросил Йельм. — О Рогере Хакзелле и Яри Малинене?

— Если говорить навскидку, то, думаю, у обоих зеленый коридор, — задумчиво ответил Вреде. — По крайней мере я не помню никаких инцидентов с ними.

«Любимое выражение», — подумал Йельм и погрузился мечтами в другой мир, пока Вреде консультировался с компьютером, ловко управляясь с клавишами. В лучшем мире он видел темноволосую женщину и светловолосую женщину, которые менялись лицами друг с другом.

— Ну да, у обоих зеленый коридор, — не без самодовольства повторил Юнас Вреде. — Никаких инцидентов. Во всяком случае с тех пор, как они переехали сюда, в Вэксшё.

— У вас большой каталог, — заметил Йельм, по-прежнему видя перед собой лица двух женщин.

— Да, и если вы дадите мне больше времени…

— Неужели я должен постоянно напоминать о приоритетах? — спросил Йельм, хотя он еще ни разу не говорил о них. Вреде уважительно посмотрел на него. Оба с минуту помолчали. Вреде сидел с таким видом, будто хотел что-то сказать. А Йельм, в свою очередь, сидел с таким видом, как будто не скажет больше ни слова. Ни дать ни взять покойник. Наконец Вреде закончил свои поиски.

— Нет, — сказал он. — Ничего. Оба чисты. Хотя возле фамилии Малинена есть пометка. Тут про полицию Финляндии. Возможно, там что-то было.

— А как разузнать, что именно?

Вреде просиял. Его компьютерные познания были оценены вышестоящим чином из Госкрима. Вышестоящий чин из Госкрима широко зевнул.

— Скорее всего мы попадем туда через объединенный каталог полиции Скандинавии, — с энтузиазмом сказал Вреде. — Немногие знают, как им пользоваться, — добавил он.

Йельм подумал, что ему стоит как-то приободрить юношу. Но у него ничего не получалось. Он никак не мог вернуться назад, в этот мир.

Вреде снова застучал по клавишам. Даже если вышестоящий коллега думал о чем-то своем, он-то сам определенно был на своем месте.