Словом, внешне дом был почти таким же, как и сто лет назад, но это впечатление было обманчивым. В толще древних каменных стен были проложены многократно экранированные и защищенные кабели ультрасовременной компьютерной системы управления домом. Освещение, обогрев, кондиционирование воздуха, мониторы наружного и внутреннего наблюдения и охранная сигнализация, сервомоторы рольставней и занавесок, музыкальный центр, регулятор температуры воды в бассейне и в ванне, бытовая кухонная техника — всем этим можно было управлять при помощи сенсорных панелей-экранов, установленных в каждой комнате. И в этом не было ничего удивительного. Большинство частных особняков в стране уже давно снабжалось подобными электронными системами, которые уступали по сложности разве что сиэтлскому особняку Билли Гейтса, основателя компании «Майкрософт», буквально нашпигованному сложнейшей и наисовременнейшей компьютерной техникой.

Напряженно вслушиваясь в ночную тишину, которая казалась еще более полной и совершенной после отчаянного вопля тревожной сигнализации, Сьюзен наконец решила, что в компьютере произошел сбой программы. В принципе, система способна была сама справиться с любой неисправностью, однако никаких неполадок или нечеткой работы за ней прежде не замечалось, и поэтому Сьюзен была слегка встревожена.

Выскользнув из-под одеяла, она спустила ноги с края кровати.

«Альфред, тепло!» — скомандовала она, и почти сразу же услышала негромкий щелчок реле и ворчание вентилятора, погнавшего в комнату нагретый воздух.

Модуль распознавания голосовых команд появился в комплекте домашней автоматики совсем недавно, когда компьютерные технологии вышли на достаточно высокий уровень. Компьютер Сьюзен тоже был укомплектован таким блоком, однако она по-прежнему предпочитала пользоваться сенсорными управляющими панелями и подавала голосовые команды лишь в редких случаях.

Своего невидимого электронного дворецкого она назвала Альфредом сама. Компьютер отзывался на звуковые команды только после того, как Сьюзен произносила это имя-пароль.

Альфред…

Когда-то давно в ее жизни уже был один Альфред — обычный человек, сделанный из плоти, крови и костей.

Странно, что Сьюзен выбрала это имя в качестве пароля, даже не задумавшись о его символическом значении. Только начав пользоваться голосовыми командами на практике, она в полной мере постигла горькую иронию своего выбора и задумалась о том, какие мрачные воспоминания, всплыв из глубин памяти, обусловили ее подсознательное решение.

Ночная тишина начинала казаться Сьюзен зловещей. Она была столь полной, что это само по себе выглядело неестественным и пугающим. В предгрозовом молчании пустого дома Сьюзен чудилась неведомая опасность: не то сдерживаемое дыхание хищника, замершего перед прыжком, не то осторожные шаги забравшегося в дом убийцы.

Она повернулась к контрольной панели на ночном столике и на ощупь нашла выключатель. От ее прикосновения ожил и засветился неярким призрачным светом жидкокристаллический экран-матрица. Россыпь небольших значков на нем обозначала различные системы управления домашним оборудованием.

Сьюзен ткнула кончиком пальца в иконку с изображением сторожевой собаки с разинутой зубастой пастью и торчащими вверх ушами. На экране возникло меню управления охранной системой, и Сьюзен ткнула пальцем в строку «Состояние».

На экране появилась надпись: «Система активна. Все спокойно».

Слегка нахмурившись, Сьюзен выбрала опцию «Наблюдение — наружные камеры».

На десяти акрах прилегающей к особняку территории было расставлено двадцать видеокамер, подключаясь к которым Сьюзен могла вызвать на экран изображение любой из стен дома, любого уголка сада, внутреннего дворика, лужайки перед фасадом и восьмифутового забора, отгораживавшего участок от внешнего мира. Сейчас на крестроновом экране, разделенном на четыре части, появилось изображение сразу с четырех разных камер. Если бы Сьюзен заметила что-то подозрительное, она могла бы увеличить этот сегмент экрана, чтобы подробно рассмотреть то, что ее насторожило.

Камеры видеонаблюдения были такого высокого качества, что даже в темноте давали четкое, резкое изображение всего, что происходило в саду и вокруг дома. Внимательно рассмотрев картинки на экране, Сьюзен переключилась на следующую группу камер, потом на следующую, но ни одна из двадцати камер не зафиксировала ничего подозрительного.

Несколько дополнительных скрытых камер были установлены внутри дома. С их помощью можно было установить точное местонахождение вора, если ему удастся пробраться в дом.

Камеры внутреннего наблюдения использовались и для того, чтобы отслеживать и периодически регистрировать на пленке поведение домашней прислуги. Когда же в особняке собирались гости — полузнакомые и совсем незнакомые, приглашенные лишь по необходимости, в связи с тем или иным событием, — то камеры помогали сохранить в неприкосновенности антикварный фарфор, хрустальные статуэтки, старинное столовое серебро и прочие мелкие предметы, столь притягательные для тех, кто не чист на руку. (Ибо, как известно, мелкие воришки и откровенные клептоманы во множестве встречаются даже в самых высших слоях общества.)