Х О З Я Й К А

Да, да,- как раз наоборот!

(Мастерицам.)

Ну, дети, это авантюра!

(Казанове.)

Но как же, сударь? Белокура...

Синьора. Та была черна

И - ох!- куда полней фигурой...

И ликом - что твоя луна!

Не спутала же я... Едва ли.

К А З А Н О В А

(с деланным смехом)

Кругом запуталась, швея!

Х О З Я Й К А

(с жаром)

Ну как же, сударь? Полным ртом

Ее вы в лавке целовали,

Еще Розиной называли:

"Розина, родинка моя!.."

А Н Р И

(в воздух)

Заказанный для темных глаз

Атлас - теперь послужит светлым.

Жизнь поклялась: все будет пеплом...

(Кладя руку на плечо Казановы.)

Дружочек, не сержусь на вас.

1-я М А С Т Е Р И Ц А

И ни слова укора!

2-я М А С Т Е Р И Ц А

И ни капельки злобы!

Х О З Я Й К А

(разгружая картонки)

Какие уборы, синьора!

Четыре робы, синьора!

1-я М А С Т Е Р И Ц А

Не плачет!

2-я М А С Т Е Р И Ц А

Не бесится!

К А З А Н О В А

Генриэтта!
– Анри!

А Н Р И

(над платьями)

Одно - цвета месяца,

Другое - цвета зари!

Х О З Я Й К А

(продолжая)

Косынки! Мантилий!

А Н Р И

Ваш подарок - блестящ.

Одно позабыли вы:

Цвета Времени - Плащ.

Так, большими ударами

Жизнь готовит нам грудь...

Х О З Я Й К А

Довольно думать, сударыня,

Будемте мерить, сударыня...

А Н Р И

(в пространство)

Плащ тот пышен и пылен,

Плащ тот беден и славен...

Х О З Я Й К А

(держа на весу платье)

Здесь возьмем, там убавим,

Тут ушьем, там зашпилим...

Анри, Хозяйка и мастерицы выходят.

К А З А Н О В А

Тысячу громов!
– Это нрав!
– Я прав!

Не торговка, а чертовка!
– Но Анри!
– Как сталь!

И бровью не повела!
– Ну, дела!
– Хвала

Господу в небесах - за любовь!
– Кто там!?

Г О Л О С З А Д В Е Р Ь Ю

Вчерашний капитан.

К А З А Н О В А

Ах, это вы? Взойдите.

К А П И Т А Н

(входя)

Хотелось мне по поводу событий

Вчерашних - по душам - как друг

потолковать.

Вы разрешаете, мессэре?

К А З А Н О В А

Весь вниманье.

К А П И Т А Н

Сие созданье любит вас.

К А З А Н О В А

(вспыхнув)

Созданье

Сие - невеста мне!

К А П И Т А Н

(невозмутимо)

Должно быть, мать

Что ль у нее до времени скончалась,

Иль просто колыбель ее качалась

Под бурным небом,- словом, быль темна.

Послушна как дитя, добра, умна,

Старик Гораций ей слагал бы оды!

Но вдруг мужскую надевает моду,

По окнам бродит, как сама Луна,

Трезва за рюмкой, без вина - пьяна...

К А З А Н О В А

(угрожающе)

Нельзя ли поучтивей, старина?

К А П И Т А Н

(невозмутимо)

То в честь Платона составляет вирши,

То - молнией в седло.- Куда?
– Приказ!

Жду час, жду два.- Влетает.

К А З А К О В А

Ну?

К А П И Т А Н

Дралась

С польским временщиком - за командиршу!

К А З А Н О В А

Как в руки вам достался этот клад?

К А П И Т А Н

Я жил тогда, недели три назад,

В Чивите-Веккии, в гостинице...

(Щелкает пальцами.)

К А З А Н О В А

Да шут с ней,

С гостиницей!

К А П И Т А Н

И вот, с косичкой куцей

Гусар по лестнице, за ним

(пауза, и блаженно)

– еще гусар.

Вы хороши, я - нет. Вам двадцать лет, я стар,

Но молод или нет,- всяк вправе быть убитым!

Сражен!- Заворожен!- Железняком к магниту

Тянусь. Тот впереди, а наш Анри за ним.

Сигарный дым прошел,- но в сердце что за дым

Пошел, когда она, ресниц скосивши стрелы,

Меня, как невзначай, своим плащом задела...