Кол был впечатлен и одновременно напуган. Он никогда раньше не видел своего отца плавающим в компании Кракена. Это было нечто потрясающее. Кракен испытал умения своего посредника еще пятью бросками, каждый из которых требовал все более сложных и рискованных погружений от Мака. Когда соревнование завершилось, Мак приплыл назад, принимая аплодисменты зрителей как должное. Мак просто расцвел, вступив в этот первобытный поединок — человек против зверя: опасность возбуждала его. Он не посочувствовал бы сыну, знай он, как тот испугался за него.

— В этой вечеринке — весь мой папа, — пояснил Кол Жаворонку. — Я только надеюсь на то, что Эвелина знает, что делает.

Жаворонок скептически фыркнул.

— Интересно, что думает Конни о том, что ее тетя выходит за него замуж. — Кол еще не свыкся с мыслью о том, что его отец готов оставить свою кочевую жизнь и переехать в дом на Шэйкер-роуд, всего в нескольких кварталах от того места, где жил Кол со своей бабушкой. Было по-настоящему странно, что отныне он и его лучшая подруга Конни в какой-то степени «разделят» его отца. Он чувствовал к ней смутную ревность, потому что и речи не было о том, чтобы его пригласили в эту семью после женитьбы отца.

— Да, всем придется нелегко, — согласился Жаворонок, знавший о противоречивых чувствах своего посредника благодаря мысленному контакту между ними. — Посредники Кракена и банши и Универсал под одной крышей — быть может, тебе даже лучше жить отдельно от них, с бабушкой?

Кол тихо рассмеялся:

— Спасибо, Жаворонок. До встречи.

Пегас поскакал вдоль линии прибоя, взмахивая белыми крыльями. Оторвавшись от земли, Жаворонок взял направление на Дартмур и исчез за скалами. Кол повернулся и поплелся домой, засунув руки глубоко в карманы.

Проходя по пляжу он наткнулся на Конни. Она спала на песке, свернувшись калачиком, прямо напротив дома своей тети. Он огляделся по сторонам: на берегу не было ни души. Что она здесь делает?

— Конни? — Кол тихонько потряс ее за плечо.

На секунду ее веки приоткрылись, затем снова сомкнулись.

— Конни! С тобой все в порядке? — Теперь Кол встревожился. Это было совсем на нее не похоже. — Что стряслось?

Глаза Конни снова открылись, и на этот раз она потянулась и потерла лицо рукой.

— Где я?

Ударив по камням, волна разбилась о гальку в нескольких метрах от нее. Кол дотронулся до ее руки. Конни была как ледышка и промокла до костей.

— Пойдем-ка скорее в дом!

Конни с трудом поднялась на ноги. Кутаясь в мокрую ночнушку, она заметила, что на руке и ноге, на которых она лежала, глубоко отпечатались камни. Должно быть, она пробыла здесь долгое время. Смутно припоминая то, что случилось, она внезапно почувствовала страх — испугалась того, что натворила. Она на шаг отодвинулась от Кола, уставившись на него, как на незнакомца.

Обескураженный, Кол попытался найти простое объяснение:

— Ты, наверное, ходишь во сне.

Она помотала головой, дрожа всем телом:

— Я не лунатик.

— Ну же, позволь мне отвести тебя домой. — Он протянул ей руку.

— Я сама. — Конни не приняла помощи и, морщась от боли, заковыляла по пляжу. Прихрамывая, она добралась до черного хода дома номер пять и отыскала запасной ключ под цветочным горшком.

Кол знал, что просто не может вот так ее оставить. Он вошел в дом вслед за ней. Там было тихо: Эвелина крепко спала наверху. В прихожей тикали часы. Конни, хромая, прошла через кухню в переднюю комнату, где был старый электрический камин. Она включила его и упала на диван, завернувшись в одеяло. Кол стоял в дверях и смотрел на нее.

— Что происходит, Конни? Ты ведь знаешь это, верно?

— Я… я не уверена, что знаю. — Конни чувствовала унижение от того, что Кол видел ее в таком положении; ей хотелось бы, чтобы он ушел.

— Я приготовлю тебе чай.

Он пошел на кухню, оставив ее одну у камина. В тепле ее кожа стала красной. Ощупывая онемевшие пальцы ног, она обнаружила, что у нее кровоточит пятка. Когда она порезалась?

Часы продолжали тихо тикать в прихожей, но девочка по-прежнему не могла понять, что с ней произошло. Она не могла найти этому объяснение. Как она очутилась на берегу? Она ощущала вибрацию в костях, как будто пережила мысленный контакт с каким-то могучим существом. Как единственная из живущих Универсальных посредников в Обществе защиты мифических существ, Конни одна была способна устанавливать связь со всеми существами. А это значит, что она могла вступить в контакт с кем угодно. Но какой зверь или существо обладает такой силой, чтобы вытащить ее из дома так, чтобы она сама об этом не знала? И что они делали вместе?

Ее подозрения сразу пали на Каллерво. Это меняющее обличье существо сразу стало использовать Конни. Он был ее двойником в мифическом мире, способным принимать любую форму и общаться со всеми существами. Она уже сталкивалась с ним за последние два года и каждый раз была на волосок от гибели. Желая наказать людей за вред, который они причинили природе, Каллерво намеревался уничтожить человечество. Для этого ему был необходим Универсал, который стал бы проводником его чудовищной силы, чтобы он смог смести человеческий род с лица земли.