Слезы полились по щекам длинными дорожками. Хорошо, что она прихватила с собой кухонное полотенце!

Как же так?! Откуда же взялась эта «тетя Леночка», с которой откровенничал ее дорогой Микаэльчик – любовь всей ее никчемной жизни?! Они же все время были вместе, и на выходных, и по вечерам…

– Ага, только оставалась еще его ненормированная во времени работа и репетиции этого дурацкого джаза! – сказала самой себе под нос Аленка и зарыдала горше прежнего.

Ее мама всегда твердила, что мужики одним миром мазаны, и уж если им припечет удариться во все тяжкие, то не удержат их никакие обязательства и никакие печати в паспорте. «Твой муж даже к ужину не опоздает, вернувшись с гулянок, – втолковывала она Алине. – И ты всю жизнь будешь его облизывать-обхаживать, а он все равно на сторону будет бегать. Ты и знать об этом не будешь! Потому что жены всегда узнают об измене мужей последними».

Так получилось с ее первым мужем, который теперь благополучно проживал в Германии со своей новой женой. Пока она вынашивала и выкармливала его сына, он присмотрел себе «девочку». Девочка оказалась не промах и довольно быстро прибрала его к рукам. Аленка узнала обо всем уже на последних этапах их романа.

Так же вышло и с Мишей, который даже жениться на ней не обещал! А раз не обещал, значит, он вообще свободен метаться от всяких там Леночек к Танечкам, Манечкам…

Алена не знала, как она теперь посмотрит ему в лицо, что скажет. А может, ничего не говорить, собрать его сумки-чемоданы молча и на лестничную клетку выставить? Хотя это как-то глупо и театрально получится!

Кое-как успокоившись, она заманила в ванную Артема, который каждый раз пытался отложить момент укладывания его в кровать, следующий за банными процедурами, поэтому упирался. А когда они вышли из ванной, предатель Микаэль уже успел внедриться в их квартиру.

– Привет, котик, – помахал он ей из кухни.

– Привет, – сказала она.

И молча повела Артема в детскую. Она на автомате помогла сыну облачиться в пижаму и даже прочитала ему пару рассказов о Смешариках, не понимая ни слова из читаемого текста. Ей было страшно идти к Мише и начинать разборки. Но лечь с ним в кровать как ни в чем не бывало она тоже не могла.

Когда она вышла из детской, Миша курил на балконе. Она выглянула в окно и увидела, что он строчит какую-то эсэмэску. Не размышляя больше ни секунды, Аленка выскочила к нему на балкон.

– Боец спит? – спросил он и засунул мобильник в задний карман джинсов.

– На грани, – ответила она. – Слушай, я хочу кое-что у тебя спросить.

– Ой, че это? – дурашливо скривился Микаэль. – Серьезные разговоры? На ночь глядя? А может, лучше сеанс боевого секса?

– Что это за Лена, которая ждет не дождется, пока ты купишь новую квартиру и съедешь от нас? – пошла в лобовую атаку Аленка.

– О, мелкий доносчик постарался! – ухмыльнулся Миша. – Какой талант у парня по части стукачества!

– Артем вовсе не такой идиот, каким ты его считаешь.

– Я не считаю его идиотом. А вот у тебя с памятью что-то вообще худо. Леной зовут мою сестру, дорогая, если ты это забыла.

– И при чем тут сестра? Зачем ей нужно, чтобы ты покупал новую квартиру?

– Потому что я пообещал, что первое время в ней поживет она. До недавних пор мы с тобой вроде ладили. И я думал, что могу пустить на свою площадь свою младшую сестренку, которая жаждет избавиться от родительской опеки. Но, судя по твоим бурным реакциям, я, скорее всего, погорячился. И не факт, что я смогу жить с человеком, который мне ни капельки не верит!

– О боже! – прижала обе ладони к губам Аленка. – Это правда, да?!

– Правда, – фыркнул Микаэль и затушил в банке окурок, – правда, и ничего, кроме правды.

– Как глупо! – прошептала Аленка и заревела.

Такого облегчения она давно не испытывала.

– Еще как глупо! – проворчал Миша и притянул ее к себе.

– А я так испугалась! Так испугалась! – бормотала она, уткнувшись носом в его грудь.

– Аленка, ты обожглась на молоке, теперь на воду дуешь. Ты, это, давай, не дури. Если у меня кто-нибудь появится, я по кустам прятаться не буду! Поняла?!

– Поняла, – закивала она, – я же не тупая!

– Тогда, если ты меня поняла, женщина, то иди и накрой на стол! Мужик есть хочет! Иначе придется мне идти налево в поисках ужина!

Аленка вывернулась из его объятий и бросилась в кухню, но она успела услышать, как пискнул в его кармане телефон: пришла ответная эсэмэска. Не думать о ней Аленка не могла. Она думала об этой эсэмэске, пока Миша ел, пока он мылся в душе, пока они занимались любовью. И эти мысли не дали ей уснуть. Она лежала, слушала, как дыхание ее мужчины становится все ровнее, смотрела на полоску света от фонаря, пробивающуюся сквозь неплотно сдвинутые шторы, и думала о том, что это так унизительно – ревновать и подозревать.