— Ладно, выкладывай, — тяну я из него новость. — Ты ведь знаешь, что от жены, пусть даже будущей, у меня нет тайн.

Улица опустела. Публика, вышедшая вместе с нами из кино, давно растеклась по большим бульварам.

Поварэ смущенно покашливает в кулак, как бы все еще не решаясь говорить.

— Давай выкладывай! — подбадриваю я его, а сам чувствую, как заползает мне в душу горькая печаль.

— Найден труп молодого человека, лет двадцати четырех примерно… Улица Икоаней, дом тридцать один…

— Значит, преступление? — восклицаю я, обрадованный надеждой, что уж этот-то факт произведет на Лили необходимое впечатление и заставит ее проникнуться наконец значением и смыслом моей работы.

Поварэ, лишенный от природы какого бы то ни было воображения, поправляет меня:

— Да нет, самоубийство!

— Самоубийство? Так это касается прокуратуры, милиции… Ну ты даешь, Поварэ! Какое отношение имеет это дело к городскому уголовному розыску?!

Поскольку окончательно поставлена точка над «i», я не считаю нужным скрывать своего благородного негодования, беру Лили под руку, намереваясь на сей раз идти прямым ходом в «Амбассадор».

— Погоди! — останавливает меня Поварэ. — То-то и оно, что прокурору, видишь ли, кажется, что в деле не все ясно и…

Тут я и вовсе даю волю своему гневу:

— Ему кажется! Хорошенькое дело — ему, видите ли, кажется! Мало ли что и мне может показаться! К примеру, сегодня вечером мне показалось, что я совершенно свободен, что я, можно сказать, совершенно счастлив… и тут сваливаешься на меня ты, как снег на голову…

Негодую я не столько на своего друга — мне ли не знать, что не по своей воле он объявился по мою душу! — сколько из-за Лили. Пусть видит, что не так-то просто каждому встречному-поперечному оторвать меня от нее…

Поварэ, бедолаге, приходится прибегнуть к последнему средству:

— Прокурор говорил с шефом, и шеф с ним согласился. Он-то и велел мне найти тебя хоть из-под земли, хоть со дна морского и поехать с тобой на улицу Икоаней… Машина тут, за углом, и…

Но я не даю ему договорить и разыгрываю сцену не хуже, чем только что на экране Ален Делон:

— Поварэ! Ты мне друг или нет?! В училище сколько раз я тебя вызволял из беды?! Пойди и доложи шефу, что ты не нашел меня. Ведь это же проще пареной репы!

Но Поварэ и на этот раз не усекает моего тактического хода. Он даже наливается кровью от возмущения:

— Как ты можешь требовать от меня такое?!

— Да пойми ты, голова садовая, что я уж не помню, когда с невестой на люди выходил! А сегодня я ей обещал поужинать в «Амбассадоре», потанцевать… Не имею я права, по-твоему?!

И тут я вдруг слышу милый голос, взволнованный и нежный голосок моей любимой, голос женщины, на которой я рано или поздно женюсь и с которой надеюсь родить и вырастить никак не меньше двух, а то и трех детишек.

— Ливиу, товарищ Поварэ прав! Как ты можешь просить его лгать начальству? Если тебя ищут, значит, твое присутствие там совершенно необходимо!

Вот тут я резко перехожу от возмущения к горькому разочарованию:

— И ты, Лили?! Я так мечтал потанцевать с тобой в «Амбассадоре»…

— В другой раз, не огорчайся, — пытается она меня утешить.

— Я бы не уступил никому этот наш с тобой вечер, если бы ты сама не…

— Ничего, в другой раз… Иди, япрошу тебя!

Мне ничего не остается, как дать себя уговорить — не могу же я остаться равнодушным к настояниям моей любимой! Неутешным голосом я справляюсь у Повара, где он оставил машину.

— Да тут рядом, за углом!

— Так и быть. Отвезем сначала Лили домой… — Я беру ее под руку и в сопровождении Поварэ направляюсь к служебной «дачии».

— Я могу дойти и пешком, — готова на все Лили. — Мне не так уж и далеко.

Капитан Поварэ спешит мне на выручку — поищи где другого такого галантного сыщика. Его устами хоть мед пей: «Как можно?! Неужели вы думаете, что мы допустим…» От волнения он ни одной своей мысли не в состоянии закончить. По Лили все это теперь мало занимает.

— Кто за рулем? — меняю я тон на деловой.

— Сержант Баноне.

Это хорошо, этот парень по мне, я люблю разбитных.

— Здравия желаю, товарищ капитан! — приветствует меня с необычайной радостью сержант. — Только что на счет вас интересовался сам шеф.

На Лили он поглядывает с некоторым недоумением: ей-то чего здесь надо?!

— Позволь мне представить тебе мою невесту, старина Баноне. Сначала отвезем ее домой, на улицу Ромулус, а уж потом поедем по нашим делам…