Буарлу присоединились к полчищу Великого для того, чтобы победить своих врагов и захватить их территории. Договор, который они заключили с Рохон-Куром для того, чтобы получить его помощь, обязывал их служить ему до тех пор, пока союз Номроина не будет уничтожен. Буарлу уже давно хотели расторгнуть этот договор, но они боялись, что, поступая против воли Властелина Вселенной, будут уничтожены беспощадными Тик-Шаа.

При виде Рохон-Кура, монстры поклонились, а несчастный капитан упал на колени и, дрожа от страха, стал умолять о пощаде. По приказу хозяина, верзилы приподняли и подтащили буарлу поближе. Рохон-Кур посмотрел ему в глаза и сказал просто:

— Ты знаешь мои правила.

Из того маленького предмета, что Властелин Вселенной накануне прикрепил к виску, сверкнула молния. Она попала в глаза несчастного капитана, и тот забился в сильных судорогах. Знаком Рохон-Кур приказал охране вынести его за пределы этого зала. Чуть только задняя дверь за монстрами закрылась, как произошёл глухой взрыв. Через полминуты охрана вернулась, с ног до головы забрызганная кровью. Одно из чудовищ что-то пробурчало на непонятном языке. Властелин Вселенной покачал головой и тихо сам себе сказал:

— Мышцы, а не мозги, в голове.

Рохон-Кур резко развернулся, так, что плащ подлетел и волнами поплыл вслед за ним. Вернувшись на свой трон в сумерках зала, он стал продумывать точный план действий для предстоящих событий.

Вся империя Властелина Вселенной разделялась на три части. Первая — его личная охрана, разведка и подразделения для особых заданий. Эта часть состояла из племени вартедохов, огромных, мощных и быстрых чудовищ, которых Рохон-Кур спас от гибели на очень далёкой планете, уничтожив народ, охотившийся на них. Вартедохи были преданы ему до последней капли крови. А также к этой части относился Носсеб, искусственный интеллект, который управлял целой цивилизацией роботов. Носсеб когда-то уничтожил всю расу, создавшую его, и хотел захватить множество планет для добычи необходимых ресурсов, но при этом столкнулся с войсками Властелина Вселенной, которые, уничтожив почти все его машины и перепрограммировав его самого, сделали слугой Рохон-Кура. Вторая — основные действующие войска, состояла из нескольких народов, которые добровольно или же поневоле стали служить великому тогезеру. За долгое время многие из этих народов уже и сами забыли, зачем присоединились к войску бессмертного тирана. Предназначение третьей и самой загадочной части империи Рохон-Кура, никто точно понять не мог, потому что ею являлись Тик-Шаа. Этот народ жил отдельно от всех остальных и был прославлен своей мощью. Единственное существо, которое могло общаться с Тик-Шаа, звалось Властелином Вселенной. Хотя назначение третьей части и не было известно, но всё таки некоторые подозревали, что Тик-Шаа следят за двумя первыми группами войск, чтобы те выполняли указания своего повелителя.

Джон был восхищён чудесным появлением чёрного существа, но само собой удивился и, наверное, даже испугался, просто отказывался признаться себе в этом.

Недолго стояли они в ночной тишине напротив друг друга. Незнакомец первым нарушил молчание.

— Если хочешь жить, пойдём со мной! — сказал он чётко и ясно.

— Я не понимаю… — произнёс удивлённо юноша. — Кто ты?

— Если ты не пойдёшь со мной, тебя убьют, — объяснил спаситель, не удостоив Джона ответом.

— Но куда? — не успокаивался подросток.

— Подальше отсюда.

— Я не могу с тобой пойти.

— Почему?

Джон даже не знал, что ответить. Он просто не имел понятия, почему он, вообще, должен был идти куда-то.

— Я тебя не знаю, поэтому и доверять не могу, — постарался выкрутиться он. — Вдруг ты какой-нибудь бандюга. К тому же, даже если доверюсь, я не могу идти, не сообщив об этом своим родителям.

— Домой тебе возвращаться нельзя, а насчёт доверия… Разве не я спас тебя от тройки недоброжелателей, напавших в переулке?

— А может быть, это был просто тактический ход для того, чтобы, воспользовавшись доверием, заманить меня в ловушку.

— Если бы я желал причинить тебе какой-нибудь вред, поверь мне, то уже давно бы это сде… — Глаза чёрного человека сузились, он поднял лицо, как будто хотел уловить какой-то звук, а может быть, запах. Джон встревожено оглянулся, но ничего не воспринял из пронзённой фонарями темноты. — Нужно торопиться.

Незнакомец быстро вытянул руку и, прежде чем юноша успел как-то отреагировать, розово-серебристый газ вырвался из ладони, мгновенно подействовал, и Джон потерял сознание. Странный спаситель подхватил его, вскинул себе на плечи и быстрым шагом двинулся в неизвестном направлении.

Спустя несколько минут к этому месту, где остался лежать сломанный транспорт Джона, подошёл незнакомый человек, который около часа назад пытался догнать юношу, мчавшегося вот именно на этом велосипеде. Мужчина посмотрел на него. Где-то неподалёку раздался короткий звук, звучавший на высокой ноте. Похож он был на жужжание комара. Человек повернулся и зашагал прочь, следуя за таинственным звуком. Он подошёл к дому Колдуэллов, открыл ключом замкнутую дверь и прошёл в комнату.

В комнате за столом сидела Сара и что-то писала. Мужчина подошёл и сел рядом. Ни один мускул на его лице не дрогнул. Какая-то отрешенность виднелась в неподвижных серых глазах. Он вытащил из кармана спутниковый телефон и, набрав какой-то номер, стал ждать пока на другом конце поднимут трубку. Сара, дописав свой текст, встала и, пройдя в другую комнату, тоже взялась за телефон. Так же, как и у молодого человека, её лицо не выражало никаких чувств, никаких мыслей — ничего.

Отца Джона дома не было. Никаких признаков его прибытия из командировки не замечалось. И это ещё не всё. С того момента, как он покинул аэропорт Лос-Анджелеса, его никто и никогда больше не видел.

Джон постепенно приходил в себя. Его разбудил голос какой-то птицы, который он до этого раньше не слышал. Ему было жарко и душно. Открыв глаза, увидел только вечную синеву неба, по которой местами проплывали редкие белоснежные облака. Юноша приподнялся на локтях и сел. Затем опёрся руками о твёрдую землю, встал, огляделся вокруг. Засохшие кустики травы покачивались от слабого тёплого ветерка, лаская слух приятным шелестом.