Первая и единственная партия страны, то и дело взбадриваемая пинками из Москвы, проводила собрания актива и объясняла ситуацию. В стране завершается политическая модернизация, направленная на предотвращения реванша «лихих девяностых». Когда она завершится, а это скоро, то и цены на сахар опустятся, и билеты РЖД подешевеют, и электричество года три дорожать не будет.

Телевизор твердил примерно о том же. Население уже не то, что не верило телевизору и активу, оно просто их не слышало.

Интеллигентно-либеральная часть общества не понимала, что происходит. С одной стороны, вроде жизнь стала хуже, причем для всех. С другой стороны, президентская вертикаль вроде бы превратилась в парламентскую республику — раскрутили гайки. А еще Премьер посетил могилу Солженицына и сказал о необходимости сбережения народа и о том, что надо жить не по лжи. А Президент пригласил в Кремль Каспарова и сыграл с ним в шахматы (о результатах не сообщалось). На «Эхо Москвы» начались осторожные разговоры о небывалом феномене — осенней оттепели.

Подари, пожалуйста, мне Человека-паука. Или Терминатора. Только не игрушечного, а настоящего. Пусть они защитят мою бабушку. А то ее обещают зарезать.

У нас во дворе был ремонт. Рабочие ремонтировали дом и жили в вагончике. Потом строители прекратили работать. Бабушка сказала, что кончились деньги.

Вагончик остался во дворе. Сначала в нем жил дядя-сторож. Потом к нему стали приходить знакомые дяди и тети. Они сидят в вагончике всю ночь, поют песни, кричат и ссорятся. Иногда я не могу заснуть до утра.

Бабушка несколько раз обращалась в милицию. Милиционеры приезжали, ругались с дядями и тетями, увозили их. Но потом они возвращались. А еще одна тетя из вагончика грозила бабушке. Я это слышала.

Бабушка обращалась к дядям, которые руководят нашим городом. Но они ей ничем не помогли. Бабушка плакала при мне, говорила: неужели мужиков нет, разогнать кодлу во дворе? А мужиков в доме раз-два и обчелся, да и то кто на палке, а кто ходит к вагончику пить.

Дедушка Мороз, пожалуйста, подари мне того, кто сможет нас защитить. А я тогда буду учиться еще лучше, чем сейчас. Ведь мне никто мешать делать домашнее задание!

Мэр города Клусьево Вадим Новосильцев проснулся в почти прекрасном настроении. Почему в «почти»? Ну, как говорится на соседней Вологодчине, «всех делов-то не поделаш». Всегда тянется охвостье старых проблем, а на грани окоема — тени новых. К примеру, выборы в Госдуму. Пусть до них больше четырех месяцев, все равно какие-то телодвижения надо совершать уже сейчас. Чтоб сверху увидели.

Почему в прекрасном? Все не так плохо. Взять те же выборы. По слухам, дошедшим до председателя территориального избиркома, на этот раз процент «Единой России» снижен до пятидесяти. В прошлый раз, кстати, было шестьдесят. Конечно, с нынешним недовольным народом непросто будет дать и полтинник, но все же не впервой. Накидаем бюллетеней!

Еще недавно стало известно, что с октября оклад государственных служащих будет увеличен на десять процентов. Управленцы, они ведь тоже бюджетники, и, кстати, прочим бюджетникам, разным врачам-педагогам, тоже прибавили, некоторым даже на пятнадцать. Пусть таких счастливцев мало, в основном прибавили на пять, но пусть только попробуют сказать, что о них не заботятся! Ну, и с супругой помирился, простила курортный роман.

А еще прекрасно, что наконец-то прекратились надоевшие пожары, и после дождливой недели выглянуло солнышко, и можно прочапать босыми ногами к окну. Раскрыть его, выглянуть, вдохнуть воздух, очищенный от гари…

И застыть с раскрытым ртом. На всякий случай трижды хлопнуть веками: может, врут глаза?

Нет, не врут.

В центре прямоугольника, образованного тремя коттеджами — самыми элитными домами города прямо под окнами, среди изящного сада камней и альпийских горок — единственные цветы города, не засохшие в жару, стоял строительный вагончик Грязный, облупленный, рассохшийся, кособокий.

Под стать дому были и его обитатели. Двое пожилых, оборванных дядек недоуменно глазели по сторонам: где мы, почему так? Потом из вагончика вышло-вылезло лохматое существо, пол которого определялся лишь голосом. Зато голосок был громкий:

— Ви-и-ить! Это че, бодун такой?

Витя ответил неопределенно и матерно: он сам ничего не мог понять. Между тем его товарищ по приключению обошел вагончик и, не найдя, чего искал, начал незамысловато мочиться на орхидеи.

— Вадик, это ты сделал такой заказ в фирме «Романтическое приключение»? — Супруга Люся нежно тронула мужа за плечо. — Или это твой изысканный реванш за мои слова про бомжатник в твоем кабинете и ты решил завести бомжатник у нас под окнами?