Эрик неотступно шел за Холли, потому что ему надо было договориться, когда он заплатит ей свой долг.

Девушка внезапно остановилась, чтобы снять туфли, и нагнулась так резко, что он чуть не упал на нее. Он ухватился за ее бедра и только так удержался. От близости ее тела у него взыграло воображение. Вдобавок, эта вызывающая поза и голая спина...

Он не спал с женщинами целых четыре месяца. С тех пор, как Присцилла бросила его. Но не потому, что тосковал по бывшей невесте, просто навалилось много работы, слияние двух частных банков, Олдена и Уилсона, продвигалось слишком медленно, и у него не оставалось времени на личную жизнь. Вот и результат: одно быстрое прикосновение к женскому телу — и он уже возбужден!

Холли выпрямилась, не сказав ни слова по поводу их неожиданного столкновения, и пошла дальше, направляясь к скамейке. Потом снова резко остановилась и провела рукой по платью ниже спины.

— Наверное, сесть не удастся. Слишком сыро. Придется поговорить стоя. Давай только быстренько, хорошо! Не хочется промокнуть.

Он взглянул на ее ягодицы, обтянутые влажной тканью. И никаких очертаний трусов! Он снял смокинг и расстелил его на скамейке. После недолгого колебания она села, подняла голову и встретила его взгляд.

— У нас с тобой возникла серьезная проблема.

— Помимо журналистки? — отозвался Эрик, а про себя добавил: и его внезапного нежелательного влечения к Холли.

— Именно с ней. И ты, Эрик, и я работаем для публики. И успех в нашем бизнесе зависит от репутации. Если мы проигнорируем пункт договора о свиданиях, Октавия непременно напишет об этом в своей субботней колонке и понапридумывает такое, что нам обоим мало не покажется. Поверь мне, я хорошо знаю извращенный ум этой девицы. Она выставит нас на всеобщее посмешище. А этого мне очень хотелось бы избежать. И, догадываюсь, тебе тоже.

Да еще учитывая унизительный конец его помолвки! Холли тактично умолчала об этом. С его уязвленной гордостью ему наверняка совсем не улыбается испытать еще одна порку в прессе.

Эрик молчал, задумавшись. Переговоры о слиянии банков близки к финальной стадии. Стать героем желтой прессы в такой момент совершенно недопустимо и равносильно самоубийству. В результате сделка может не состояться. Почему мать не подумала об этом, прежде чем вовлекать его в столь рискованное мероприятие?

— Почему ты сразу не сказала, что знакома с журналисткой?

Холли глубоко вдохнула и медленно выдохнула воздух.

— Потому, что не знала, что Октавия захочет снять репортаж о наших с тобой отношениях. Мне такое и в голову не приходило, я была уверена, что все закончится, как только мы сойдем со сцены. Но не учла, что ты лакомый кусочек для газетчиков. А тут ведь такая находка: богатый холостяк, купленный на аукционе! Да это несколько недель может продержать читателей в напряжении. И потом, это твоя идея, чтобы я купила тебя. Неужели забыл? Я планировала уйти с аукциона одна. И если бы не ты, так бы все и закончилось.

Эрик присел на смокинг рядом с ней. Их плечи и бедра чуть соприкоснулись. Он постарался этого не замечать.

— И что ты советуешь?

— Надо пройти через это испытание. Что еще нам остается? Придется встречаться. В кафе сходим, погуляем немного, ну я не знаю... И как только Октавия появляется на горизонте с фотографом, ты начинаешь обращаться со мной, как с любой девушкой, с которой у тебя свидание. Если нам повезет, ей вскоре станет неинтересно мучить меня. А на первых порах придется потерпеть. Все-таки у нас лишь одиннадцать свиданий по договору. Переживем как-нибудь, — закончила она без всякого энтузиазма.

Гордости Эрика был нанесен чувствительный удар. Она, видите ли, «переживет» свидания с ним! В ушах его до сих пор звучала фраза Присциллы: «Единственное место, где с тобой не скучно, это постель». Если его считала скучным обычная традиционно мыслящая девица, то Холли с ее нестандартным свободным духом и богатым воображением и вовсе придет от него в ужас. Расскажет об этом своей подруге журналистке, и та напишет об этом в своей газетке. Еще одно публичное унижение...

— Я не могу обращаться с тобой, как с любой девушкой, с которой у меня свидание.

— Почему, черт возьми? Я что, такая противная?

Разумеется, нет! Но, не делать, же ей сейчас комплименты. Он и так уже сидит как на иголках. Небольшая искорка, и он воспламенится.

— Я сплю с моими женщинами на третий вечер знакомства, если не раньше.

Она открыла, было, рот, чтобы ответить, но потом закрыла.

— Не в этот раз, дружище! Прости, но я не твой тип.

— Как мне представляется, я тоже не твой.

— Даже близко не подходишь. — Улыбка заиграла на ее губах. — Но свидание — это всего лишь совместная еда и разные мелочи. Ничего особенного от нас не потребуется. Неприятностей быть не должно.