– Мы злые и скучающие боги, Андрей… И игры наши так же жестоки, как мы… Иногда мы играем человеческими жизнями в обреченных мирах. И тогда к кому-то смерть приходит раньше, а кому-то везет…

– Ну, вы и… – начал говорить Андрей и замолчал.

За что он хотел их судить? Разве в его родном мире нет своих Больших игр? Разве в его мире не играют жизнями людей? Он горько усмехнулся. Как бы Высокие ни пытались изменить себя, они все равно остались людьми. Жестоки они именно как люди.

– Пойдем, Андрей… – Эллинэ поднялась, отряхнула песок. – Как быстро летит время, когда ты рядом… Завтра вечером мы отправляемся в Высокий замок. На моей яхте.

Андрей смотрел снизу вверх на свою любимую. В темноте, на фоне океана и звезд, ее тело казалось совершенной статуей, памятником женской красоте. Прекрасная Темная Богиня…

– Пойдем, Андрей, – тихо повторила Эллинэ.

– А я снова готов, – сообщил Комков, облизнув губы. – Может, задержимся еще ненадолго?

Он положил руки ей на талию и повлек к себе, вниз. И грозная Темная Богиня покорно подалась, она хотела и ждала его ласки.

…Утром, после завтрака, Эллинэ повела его в бухту, к яхте. Черный замок она прогнала с глаз долой. Андрей уже привык к чудесам острова, но, когда темная мрачная громадина растаяла в воздухе, невольно поежился.

– И где он сейчас? – спросил он у стоявшей девушки.

– Здесь, конечно, – сказала Эллинэ.

– Он просто стал невидим?

– Не совсем… – Эллинэ замялась, она явно не могла подобрать слов, чтобы внятно объяснить произошедшее Андрею. – Он как бы спрятался в свою нору. В пространстве почти везде есть локальные искривления, кроме того, их можно создавать искусственно. Эти «норы» можно использовать для увеличения полезного объема помещений, в них можно прятать объекты.

– Понятно, я именно об этом сразу и подумал, – с умным видом кивнул Комков. – Об искривлениях то есть. Пространства. Слушай, а он что, живой, этот Черный замок?

– Да, некоторым образом, – сказала Эллинэ. – Его создала первая Великая Мать. Она связала миры людей Облачной Дорогой, так вот замок, помимо всего прочего, – начало Дороги.

– Зал Пути? – попытался угадать Андрей.

– Нет, не там, – покачала головой Эллинэ. – Тебе еще рано знать, прости. Когда-нибудь я покажу, и мы вместе, рука об руку, пройдем по Облачной Дороге.

Яхта покачивалась на волнах возле самого берега. Вытянутый, метров сорок в длину, корпус блестел черным лаком. За длинной прогулочной палубой возвышалась обтекаемая полупрозрачная рубка.

– Черный цвет – твой фирменный?

Темная Богиня пожала плечами.

– Положение обязывает. Да и нравится он мне.

Андрей с интересом рассматривал яхту. Она наверняка была очень быстрой, стремительностью был пронизан весь ее облик.

– Как зовут эту красавицу? – спросил он.

– «Лаэра», – сказала девушка.

– И что это означает? Чье-то имя?

– Неотвратимый ветер мщения, несущий смерть и разрушение… На материнской планете, когда она еще была жива, случались сильные ураганы. Им, как правило, давали женские имена.

– Тайфуны с ласковыми именами, – проговорил Андрей. Так называлась когда-то прочитанная им книга. – Один из самых разрушительных ураганов на Земле назвали «Глория». Мы поднимемся на борт?

– Конечно. Мне надо познакомить вас.

На палубу они поднялись по предупредительно выдвинутому «Лаэрой» трапу. Эллинэ что-то сказала на своем языке.

– Да, госпожа.

Голос у «Лаэры» оказался под стать облику, красивый и звонкий. При его звуке Андрею представилась этакая маленькая разбойница, пиратка с абордажной саблей и пистолетами за поясом.

– Запомни его. Слушайся. – Эллинэ взяла Андрея за руку и повела к рубке.

– А он ничего, Госпожа. Хорошенький мальчик.

– Я тебе покажу мальчика, – недовольно буркнул Комков. – Тоже мне, флибустьерка выискалась.

«Лаэра» заразительно рассмеялась.

– Она плавает так же хорошо, как разговаривает?

– Эй! Спроси у меня, если хочешь узнать, красавчик!

– Ты ей понравился, Андрей, она кокетничает, – улыбнулась Эллинэ. – Сархена она лишь терпит – и только ради Катарины. – Темная Богиня подошла к рубке и любовно погладила прозрачный пластик. – А плавает она хорошо, даже замечательно.

– А еще я умею летать, правда, не очень высоко, – сообщила «Лаэра». – И нырять…

– Правда, не очень глубоко, – закончил за нее Комков.

– И как ты догадался? Может, попробуем, кто глубже? Слабо?

– Сдаюсь, красотка, тут ты меня уделала. – Андрей поднял руки вверх.

– Покажи нам рубку, Лаэра, – попросила Эллинэ.

– Да, Госпожа! – Та дисциплинированно распахнула дверь.

Рубка яхты была просторной, но обилием приборов не поражала. Два кресла, на пульте перед ними рукоятка джойстика, пара рычагов, несколько крупных сенсорных кнопок, круглый экран, сейчас темный.