В конце концов, она отступила, и он ее отпустил.

– Простите, - сказала она, вытирая нос тыльной стороной руки. Дождь сейчас шел сильнее и это лишь сделало ее лицо более мокрым.

– Ерунда, - сказал Доктор.
– Нет ничего лучше, чем хорошенько выплакаться. Это высвобождает все эти химические вещества в мозге, и все встает на свои места.

– Правда?
– фыркнула она.

Он взглянул на нее и пожал плечами.

– Вероятно, - сказал он, как будто только что выдумал это.
– Но ты выдержала это, все вы. Вы остались.

– Выбор невелик. "Один маленький шаг" - наш корабль - пропал. А вторая волна колонистов будет здесь через год. И мы не можем их подвести, не так ли?

– О да, - согласился Доктор.
– Так нельзя ни в коем случае. Но, похоже, ты бы справилась при небольшой моральной поддержке.

Кэнди фыркнула с усмешкой.

– Да неужели!

– Хорошо, возможно тебе лучше отвести меня в Воскресенск. Я обеспечу город и гильдию моральной поддержкой.
– он лучезарно улыбнулся самой радостной из улыбок, - Высшего класса!

– Я беспокоюсь о ней, - сказал Кол, проверяя замки на клетках и бросая планшет на стол Тай. Он чуть не попал по ее кофейной чашке с рисунком котенка с поднятыми вверх лапками и подписью "Тебе никогда не взять меня живым!"

Она подхватила чашку легким, едва заметным жестом.

– Эй, - сказала она своим низким, но звонким, как всегда, голосом, лишь с намеком на веселье.

– С ней все будет хорошо, Кэнди знает Стройный лес как свои пять пальцев. Как бы то ни было...
– он плюхнулся на оранжевый пластиковый стул напротив стола Тай.
– Каков результат последнего теста для нашей загадки?
– он мельком взглянул на другую сторону комнаты с деревянными стенами, где стояли, в три ряда по четыре, двенадцать клеток. В каждой находилась выдра, большинство которых свернулось на сухих листьях, из которых они сделали им подстилки. Пара из них бездельничала, сидя на задних лапах и наблюдая, как два человека обсуждают их.

Тай покачала головой и запустила пальцы в свои черные косы. Она говорила о том, что на время их придется отрезать, но Кол знал, что это было не более чем просто слова. Тай слишком гордилась своими косами, чтобы позволить кому бы то ни было подойти к ним с ножницами.

– Так же как и раньше - новые примерно на шестьдесят процентов хуже старых. Я тут взяла троих с прошлой недели и отпустила: они стали догадываться, как справляться с замками. Слишком уж умны, некоторые из них.

– Шшш, - упрекнул ее Коул с усмешкой, - они могут услышать тебя! Кто знает, насколько чувствительными они могут быть. Ты ведь не хочешь задеть их маленькое эго. Не с такими когтями, в любом случае.

Тай улыбнулась.

– Если ты спрашиваешь меня, должны ли мы быть милыми с теми выдрами, что поймали за последние два дня, то, - она повысила голос и направила свои слова к клетками, - они тупые и агрессивные.

Кол обернулся посмотреть - они опять вернулись к началу в исследованиях, касающихся выдр, поскольку наводнение смыло почти все, что они наработали раньше. И они не подошли ближе к решению вопроса, почему выдры, кажется, становятся тем умнее, чем дольше живут в неволе.

– Просто не говори Паллистеру, вот и всё.
– голос Тай понизился и по громкости, и по высоте. Кол знал, что за этим последует. Он закатил глаза и двинул свою полупустую чашку через стол. Он на самом деле не хотел снова заводить этот разговор.

– Я говорил тебе, Паллист...

– Паллистер - коньюктурщик, - перебила Тай.
– Его бы никогда не выбрали Председателем, если бы не наводнение. И порядочная путаница, которую он устроил при восстановлении.

– О, а ты смогла бы добиться большего успеха?

Тай отмахнулась от его комментария: - Я этого не утверждаю. Я просто говорю, что он настроен только на то, чтобы сделать себе имя. Он колонист старого стиля. Только богу известно, почему ему позволили приехать сюда. Нет, вычеркни это: я знаю, почему ему разрешили приехать сюда. Потому что он среднеразрядный ноль в технике, обладающий некоторыми организационными навыками и знающий нужных людей. А при наводнении он выплыл на поверхность, как...
– ее голос затих, так как она поняла, что собиралась сказать.
– Так или иначе, если до Паллистера дойдет, что выдры почти разумны, он устроит на них облаву, закует в цепи и заставит работать, строя дома или еще что-нибудь. Это будет очередным повторением истории с Люциус Прайм и лемурами, и все мы знаем, чем она закончилась.

Внезапно снаружи послышался звук тяжелых шагов, и деревянная дверь в лабораторию резко распахнулась. На пороге стояла промокшая насквозь Кэнди, освещенная сверху лампой дневного света. У нее было странное выражение лица.

– Привет, - она улыбнулась, но улыбка получилась натянутой и неуклюжей.

– В чем дело, милая?
– тотчас спросила Тай, вскакивая на ноги. Кэнди вошла, не отвечая. Позади нее стоял кто-то еще - некто в странном, темно-коричневом костюме-двойке, застегнутом спереди на пару пуговиц, в грязной белой рубашке и чём-то, напоминающем галстук, вокруг шеи. Его лицо было перепачкано грязью, а промокшие волосы торчали во все стороны. Он ослепительно улыбнулся, и это выглядело так, будто кто-то включил в помещении еще одну лампочку.

– Привет, - сказал он.
– Я - Доктор. Могу я заинтересовать вас некоторыми словами для поднятия настроения, я - специалист по веселому добродушному подшучиванию и воодушевляющим речам.

Марта закашлялась, приходя в себя, задыхаясь от несвежей воды, исходящей из её горла и легких.

Было темно. Темно как в черной дыре. Она не замерзла, что несколько удивило ее даже в таком полубессознательном состоянии, но и особенно тепло также не было. В течение нескольких минут она лежала неподвижно, пытаясь осознать и вспомнить, что же произошло.