Это была классическая сцена из пошлого расхожего анекдота — Мы Вас не ждали так рано! — и только сейчас, спустя время, она стала способна вызывать у меня саркастическую усмешку, тогда же мир перевернулся с ног на голову и потерял краски. С того момента я поняла — что никогда не говори Никогда. Я Никогда не буду любить женатого мужчину, тем более я Никогда не смогу полюбить мужа подруги, это так подло! Никогда! Но разве я Господь Бог? Нет, конечно — и все было для меня решено в тот же миг, когда судьба решила испытать меня, и познакомила с Вадимом. Уже после первой встречи, после первого погружения в глаза необыкновенного чайно-медового цвета, односекундного, одномоментного, я подписала себе смертельный приговор, и он был планомерно приведен в исполнение по всем законам классического адюльтера. После той страшной ночи, не стесняясь показать мне слезы искреннего раскаянья из-за собственноручного хладнокровного предательства жены, Вадим навсегда исчез из моей жизни, как- будто никогда и не было его раньше, и за четыре года ни разу не встретился даже случайно, хотя наши дома продолжали стоять по-соседству. Мне иногда казалось, что после 21 мая 2005 года мы начали жить в параллельных мирах и поэтому не могли больше видеть друг друга. Только сейчас я понимаю, что судьба оберегала меня, а тогда…я проклинала ее, обвиняя в несправедливости и суровости наказания…. Но все проходит…

Четыре года агонии по ниспадающей кривой, с каждым годом реже приступы, ниже уровень боли, скоро, скоро, уже брезжит свет в конце туннеля, уже полуоткрыта дверь из клетки, уже заказан билет в новую жизнь первым классом. Больной уверенно идет на поправку и покорно благодарит Всевышнего за урок и наказание и обещает больше Никогда (ой, Господи, извини!) не хулиганить. Только — не делайте мне больше больно.

О чем я еще думала, идя по дорожке и попивая прохладную родниковую воду? О том, что я полностью искупила свою вину, я долго страдала, хотя и не собиралась разбивать ничью семью, уводить чужого мужа, лишь желала быть всегда с ним рядом в роли друга, но по иронии судьбы разбила в итоге собственную, оставив дочку без отца. Андрей не выдержал двойного предательства со стороны жены и лучшего друга и видимо сейчас строит новую ячейку общества, но сегодня я далека от того, чтобы отслеживать его попытки, просто пожелала ему удачи и постаралась более не беспокоить.

Я так же думала тогда, что начинаю чувствовать себя, наконец — то свободной, и срок заключения уже подошел к логическому завершению. Билет в новую жизнь лежал у меня в руках и вселял надежду на то, что со временем все будет хорошо, все наладится. Надо в это верить! И я помню, что от всего сердца, измученного опустошенного, истерзанного, но потихоньку оживающего, пробуждающегося к новой жизни, попросила у судьбы еще один шанс, но только счастливый, единственный, МОЙ!

Именно так прозвучало мое мысленное пожелание, как…

— Тетя, подожди, теть, дай на шоколадку! — услышала я позади тоненький детский голосок.

От неожиданности вздрогнув, я обернулась и увидела стоящего рядом маленького чумазого цыганенка, одетого в дутую красную курточку, явно предназначенную ему на вырост. Его догоняла полная молодая женщина в развивающихся от быстрой ходьбы многочисленных юбках.

— Господи, только ни ЭТО! Только цыган не хватало на больную голову!! — ужаснулась я и приготовилась быстрее удалиться, но… не тут то было

— Девушка- красавица! Подожди, моя хорошая! Богом клянусь — ничего дурного не скажу, только правду открою! Денег не возьму, не бойся. Девушка, давно за тобой иду, важное сказать есть для тебя — говорила спешащая цыганка.

Я знала, что надо бежать, куда глаза глядят, в любом случае, чтобы она мне не обещала, голову она точно задурит и оставит без гроша в кармане!!!!

Но я замешкалась на миг, а маленький любопытный чертик в голове тихо зашептал:

Хотя… почему бы не рискнуть? Хотя бы один раз… Возможно на тебя ее гипноз и не подействует, главное помнить о законе трех ДА, и трижды не согласиться с ее утверждениями. А если попробовать послушать?..

Прошедшие мимо меня двое молодых парней на секунду задержались, как бы спрашивая — нужна ли мне помощь, но я отрицательно мотнула головой и улыбнулась — все нормально — я контролирую ситуацию.

— Послушай, вижу, боишься меня, напрасно. Зла не принесу, только правду скажу.

Вот тебе первая правда — обидел тебя один человек, сильно обидел, душу и сердце твое на клочки порвал и в землю втоптал, правда давно это было, но ты до сих пор болеешь…

Я молчала, а ромала испытывающее глядела на меня.

Ну… это утверждение с большим полем допуска… почти каждая из нас когда то пострадала, была предана и пережила потерю любимого человека, — подумала я

Поэтому, первая правда в исполнении проницательной цыганки меня совсем не убедила.

Женщина улыбнулась и хитро прищурила карие глаза, необычайно красивые, напоминающие большие спелые вишни, от которых было сложно отвести взгляд.

— Только ты не думай о нем, девушка, забудь! Я знаю, и ты знай, не будет Вадиму счастья ни сейчас, ни потом.

А вот теперь мне стало не по себе.

— А откуда…

— Что, золотая моя? Откуда имя знаю? Так оно у тебя на лбу большими буквами написано.

И цыганка весело и звонко рассмеялась. Мне было не до смеха.

— И вот что скажу тебе, скоро совсем его забудешь. Ждет тебя дорога дальняя и дюже путанная.

— Дорога куда? — осмелилась я спросить

— А дорога та домой ведет…

— Почему дальняя? Мне до дома минут двадцать, от силы тридцать пешком…

— Это ты так думаешь…Тридцать минут, что десять часов, что сто дней — все одно.