С того времени, как младший сын покойного богача отправился к пастуху за молоком серны для больной падишахской дочери, прошло семь лет и семь месяцев. Долго опечаленный падишах – отец девушки – ждал дня, когда кто-то из тех юношей, пожелавших помочь его горю, привезет молоко серны и спасет от верной смерти любимую дочь. Ждал он, ждал, да и перестал ждать. Много всяких лекарей посетили дворец падишаха за это время, но никто и ничем не смог помочь дочери падишаха. А между тем бедная дочь падишаха с каждым днем все таяла и уже, казалось, была обречена на верную смерть. Страшно переживали это горе отец и мать девушки, не зная все это время ни сна, ни покоя и не снимая с себя траурное одеяние. В траурных одеждах продолжали пребывать и все жители этого падишахства.

– Через семь недель и семь дней дочь падишаха умрет, – предсказали лекари.

И вот в это самое смертельно опасное время для дочери падишаха прискакал на своем добром коне младший сын покойного богача, передал молоко серны, а сам умчался на пиршество в город Хофтэгиз.

Передали слуги молоко серны своему падишаху.

– Откуда? Кто привез? – спросил падишах.

– Какой-то юноша вручил нам и тут же ускакал... Мы не успели разглядеть его, – сказали слуги и стали молить Бога излечить болеющую дочь своего правителя.

Обрадованный отец стал поить свою больную дочь молоком серны. Семь дней по одной ложке давал он ей это молоко, и вот, наконец, девушка стала поправляться, а вскоре и по комнате ходить, а потом и во двор вышла.

Не стану утруждать ваши головы, а скажу лишь то, что она с каждым днем стала хорошеть и обретать свою былую красоту. Обрадовались горожане, сняли с себя траурные одеяния, облегченно вздохнули: радость падишаха – их радость, горе падишаха – их горе.

А вскоре дочь падишаха совсем поправилась, похорошела, да так, будто и болеть-то не болела. Решил отец скорее выдать свою дочь замуж.

– Надо жениха тебе выбирать, – сказал он дочери.

А дочь в ответ:

– Я стану женой того, кто достал мне молоко серны.

Ничего не оставалось делать падишаху, пригласил он к себе глашатаев и велел им побывать во всех городах разных стран и объявить о том, что отдаст свою красавицу-дочь за того, кто добыл и привез ей молоко серны и тем спас ее от смерти.

В каких только городах и странах не были глашатаи, объявляя указ своего правителя. Но случилось так, что дорога привела их в тот самый город Хофтэгиз, где в это время сыновья ошира праздновали победу над войском Чиме-Чин падишаха.

Пришли глашатаи на базар, держа в руках щит, на котором была изображена главная башня города их падишахства, и стали объявлять:

– Слушайте! Слушайте! Падишах нашей страны велел найти человека, который доставил для больной его дочери молоко серны. За этого человека он отдаст свою красавицу-дочь. Если кто знает или кто слышал об этом человеке и сообщит нам, тот получит сто золотых из падишахской казны.

А нужно сказать, что в это самое время сыновья покойного богача были на этом самом базаре. Услышали они, о чем вещают глашатаи, поначалу удивились тому, что услышали, а затем, поняв, что к чему, подошли к глашатаям и обо всем рассказали.

Выслушали их глашатаи и спросили:

– А кто же из вас в ту ночь доставил молоко серны?

Старшие братья указали на младшего и, обращаясь к нему, сказали: – Иди, брат, испытай и ты свое счастье.

Вскоре братья простились, и младший сын покойного богача вместе с глашатаями предался дороге.

Долго ли они были в пути или нет, но, наконец, добрались до места. Обрадовался падишах, увидев знакомого юношу, – некогда гостя его дома, – и спрашивает:

– Это ты доставил для моей дочери молоко серны, а сам ускакал?

– Да, – отвечает юноша.

– Как же тебе удалось победить страшных чудовищ? – полюбопытствовал падишах.

– О, это долгая история, – ответил юноша.

– Нет-нет, ты расскажи, мне интересно, – попросил его падишах.

– Ну, ладно, – согласился юноша.

Вскоре в тронном зале собралось много народу. Была здесь и дочь падишаха. Как увидел юноша такую красавицу, так всем сердцем и влюбился. А она и вправду была красива и мила и казалась не просто девушкой, а самой феей. Нужно сказать, что и юноша ей пришелся по душе: это было видно по тому как она не сводила с него глаз, будто боялась, что – не дай Бог – стоит ей отвести свой взгляд в другую сторону, как тут же этот самый юноша, – ее спаситель может исчезнуть и больше никогда не появиться перед ее очами, и очи эти покроются мраком, а душа будет постоянно тосковать.

– Ну, ладно, рассказывай, как ты победил страшных чудовищ?
– снова обратился падишах к юноше.

И младший сын покойного богача рассказал собравшимся обо всем, что было. Все слушали с замиранием сердца и удивлялись, слыша о том, что и присниться не могло, не только правдой быть.

Когда юноша закончил свой рассказ, а слушавшие облегченно вздохнули, переводя дыхание, падишах подошел к сыну покойного богача, обнял его крепко-крепко и поцеловал, а затем сказал:

– Сын мой, если душе твоей угодно полюбить мою дочь, я с огромным желанием отдам тебе ее в жены.