Шрифт:
– Даже если у писателя есть ассистент, писатель вовсе не обязан с ним спать!
– Хорошо-хорошо-хорошо, тогда… тогда выйди за Рика замуж.
– Что-о?
– Как честная женщина, после того что случилось между вами, ты просто обязана… Кстати, а оно случилось?
– Тетя!
– Молчу, молчу, не мое дело. Хотя, если не случилось, я очень удивлюсь. Здоровые, молодые мужчина и женщина, оказавшись в одной постели…
– ТЕТЯ!
– Ушла. Молчу. Кстати, ты на сегодня свободна. Можете пойти погулять по городу. Ты что-то бледненькая.
– На меня будут показывать пальцами…
Эжени вдруг нахмурилась.
– Бедная, глупая Келли Джонс! Да ведь они же будут тебе завидовать, неужели ты этого не видишь? С тобой рядом пойдут шесть футов и сто восемьдесят фунтов Абсолютной Мужественности, и каждая злобная курица в этом городе – включая собственную Рика бабку – лопнет от бессильной зависти!
– А если я не хочу, чтобы мне завидовали?
– Врешь, хочешь. Этого любая хочет, только трусихи это скрывают, а нормальные женщины – нет.
– Тетя Эжени, ты меня извини, но у тебя устаревшие взгляды на некоторые вещи…
Эжени снисходительно потрепала племянницу по плечу.
– Поверь мне, детка. Некоторые вещи совершенно, ну то есть АБСОЛЮТНО не устаревают. Любовь. Ненависть. Ревность. Зависть. Ой!!!
– Что еще случилось?
– Завтра же маскарад!
7
– Ну и что… о господи! Рик! Рик, иди сюда!
Встревоженный Рик прискакал к дамам и несколько ошарашенно уставился на них. Келли и Эжени принялись мерить его взглядами, изредка обмениваясь совершенно непонятными репликами:
– Пират?
– Пошловато. И их там наверняка будет штук пять.
– Хорошо, тогда шпион из твоей книги. У него подходящая прическа.
– Значит, Регентство?
– Шестнадцатый-семнадцатый, я полагаю. Не дальше. И никаких чулок!
– Я тоже терпеть не могу, но ботфорты в такую жару…
– Потерпит!
Рик не выдержал:
– Вы зачем меня позвали? Я ни одного словечка не понимаю.
Келли спокойно заметила:
– Завтра маскарад.
– Ну и что?
– Тебе нужен костюм.
– Еще чего! Я вышел из возраста, когда наряжаются Микки-Маусами и Багсами Банни!
– Хорошо, значит, ими мы тебя наряжать не будем. Выберем кое-что поинтереснее.
– Я не собираюсь нацеплять чертов костюм!
– Не ругайся. Мы тебе подберем хороший. На нашем маскараде все будут одеты в костюмы литературных героев или персонажей известных картин.
Рик переводил взгляд с Келли на Эжени.
– Смеетесь, да?
– Абсолютно серьезны. Ты же будешь выглядеть полным идиотом, если единственный явишься на маскарад в цивильном костюме.
– Хорошо, тогда я оденусь вот этим вот гномом, а Келли заверну в простыню…
– Это, к твоему сведению, Венера и Купидон. И на Купидона ты при всем желании не тянешь.
– Хорошо, тогда я буду этим, как его… Аполлоном!
– Голый придешь?
– А хоть бы и голый. Все же в масках будут.
Эжени засмеялась.
– Боюсь, что фигурой с тобой сможет сравниться только Гектор, но он несколько темноват. Все остальные чуть менее атлетичны. Прости, Рикки, но твою голую задницу распознают буквально все с первого же взгляда… Келли, голубка, а ты о чем задумалась?
– Так, ни о чем. Мне вдруг разонравился мой костюмчик.
Рик с подозрением уставился на нее.
– Что ты собиралась нацепить?
– «Инфанта Маргарита» Веласкеса… Но в такую жару лучше «Маха одетая» Гойи…
Рик проворчал:
– Тогда уж лучше «Маха обнаженная»…
Келли вытаращила глаза.
– Так что же ты притворялся-то, что ничего в искусстве не понимаешь?
– А ты и рада, да?
Эжени с улыбкой следила за ними.
– Вы ссоритесь, как молодожены. Я вас оставлю, ладно? Элли заждалась, а кроме того, я хочу уломать Мардж Ван Занд продать мне того Фрагонара… Увидимся вечером в отеле.
С этими словами Эжени упорхнула, сопровождаемая верным Гектором.
Рик посмотрел на Келли и ехидно протянул:
– А вот слабо надеть один костюмчик…
– Штучки насчет Адама и Евы у Древа Познания не проходят, учти.
– Нет. Вполне средневеково.
– Средневековый костюм я могу надеть любой.
– Любой?
– Абсолютно.
– Спорим?
– Легко. На что?
– Если наденешь – дам тебе досье на всех завидных холостяков Луисвилля. Если струсишь… после выставки уедешь со мной на недельку в лес.