– Маша, хватит копаться, – уже вовсю командовала Василиса, не обращая ни малейшего внимания на бушующую подругу. – Нам еще по магазинам часа три ездить. Поехали!

Господи! Как дни летят, просто уму непостижимо! Только-только выдали одну получку, а уже и следующая! А Лиза даже заболеть по-настоящему не успела! И вот опять – жди теперь этого Серафимова!

Лиза еще с вечера начала чувствовать смутное беспокойство. Она не могла, как обычно, пялиться в экран, когда вся семья степенно уселась перед телевизором. И даже навлекла на себя недовольство свекрови: «Лизавета! Сядь! Что ж ты мотаешься, как коровий хвост?! Пора тебе приобщаться к высокому искусству!». Но приобщаться Лиза не могла – она переживала. Да и как не переживать, если даже сама Светочка-бухгалтер приходила к Лизе и с сожалением качала головой:

– Из-за этих новеньких у Игоря опять никакой получки. Прямо так жалко мужика, так жалко…

– Надо с Гренадеровым поговорить, с начальником. Ну нельзя так! – тоже кипятилась Лиза. – Этот же Серафимов… он меня скоро по миру пустит! Он же мне… я уже и так из-за него всего Шекспира назубок помню! Поговори с Гренадеровым, Свет, а?

Света только махнула рукой и поморщилась:

– Думаешь, я не говорила? У него один ответ: «Не нравится, я никого не держу! Пусть хорошо учит, чтобы самому денег не терять. Или вы мне прикажете из личного кармана новичкам платить?» Вот и поговори с таким.

Сегодня Лиза даже в сторону бедолаги Серафимова старалась не смотреть. Но он подошел сам, пробарабанил пальцами по ее столу и склонил голову:

– Лизавета, сегодня будут деньги выдавать. Я надеюсь, в этот раз восторжествует справедливость?

– Сколько вам лет, Серафимов? А все еще слова какие-то выдумываете… – вздохнула Лиза, но, глянув в его потемневшие глаза, вдруг весело качнула головой. – А давайте вместе надеяться! Я тоже буду!

– Ну-ну… – скривился Серафимов и вышел.

Надежда скончалась, когда Светочка позвала всех к себе в бухгалтерию. Лиза за деньгами не торопилась, а вот у остальных работников призыв бухгалтера вызвал бурное оживление.

– Ну и что? – подошел к Лизе Серафимов. – Пойдем за деньгами вместе. Вместе ж надеяться собирались.

– Да нет… вы уж сами… У меня… у меня, оказывается, столько дел, боюсь, к концу смены не успею все оформить, – заюлила Лиза, пряча глаза.

– Ну-ну… – прекрасно понял ее Серафимов, но ругаться больше не стал – видно, понял, что совсем не Кареева тут деньгами ворочает.

Конечно, получать ему было нечего. Даже его ученики брезгливо дергали губой – не деньги, а подачка! А на самого Игоря Павловича смотреть было больно. Он даже бегал к начальству, но задержался не надолго. Напоследок быстро ругнулся с Ванькой, что-то сказал новенькому и вышел.

– Сильно переживает, – вздохнула Лиза и побежала получать деньги – Светочка уже собиралась домой, начальство тоже торопилось по домам, а у остальных работников только начиналась ночная смена.

Когда Лиза зашла в бухгалтерию, к ней с вытаращенными глазами кинулась Света:

– Лиза! Что тут было! Ты не поверишь! Ну Гренадеров и га-а-ад… Кстати, он уже уехал, ты не видела?

– Уехал! Еще минут тридцать назад. А что случилось? – загорелись глаза у Лизы.

– Ты с ума сойдешь! Прибегает к нему Серафимов и давай права качать, дескать, когда я нормально получать буду? А наш Толик руками разводит и голос еще такой сделал… как у гимназистки – невинно-недоразвитый! «Я, – говорит, – знать ничего не знаю про ваши деньги! У вас есть прямое начальство, к нему и обращайтесь!» Прямое начальство – это ты, стало быть. А Серафимов…

– Я?! – не поверила своим ушам Лиза. – Он же сам говорил, что…

– Это он нам с тобой говорил, а Игорю тебя сдал, – вздохнула Светочка. – Я ж говорю – форменная сволочь! Так Серафимов еще уточнил – дескать, правда, что ли, ты ему такую подлянку устраиваешь? А Гренадеров так ехидненько: «А как же еще может заработать женщина без особенных способностей? Вот и старается. Но я за нее возьмусь!»

– Это я-а-а?! Я стараюсь, да?!

– Ты. Это вроде как ты специально Серафимова обираешь, получается… – горько кивнула Светочка и сделала вывод: – Нет, Лиза, надо отсюда уходить. Вот у меня Юрчик киоск откроет, и я сразу к нему. Пусть там и денег не паровоз, зато сама себе хозяйка. Здесь я тоже не миллионы получаю. А Серафимов-то уволился. Сказал, что больше работать не будет, и пусть теперь ты эти машины своим пузом драишь!

Лиза посмотрела на свой живот – никакого пуза не намечалось. Ну да, она вчера вечером пекла хворост, ну так ей даже не досталось! Только и успела ухватить, когда пробовала – хрустящие ли!

Она удрученно замотала головой – Светочке хорошо, у нее Юрчик собирается что-то там открывать, а вот куда Лизе деваться?

И все же она была жутко обижена на Гренадерова. Ну чего врать-то?! Сам струсил, а теперь Лизе хоть добровольно под топор! Хотя… Серафимов же уволился! Вот и славно! Теперь ей можно и здесь спокойно поработать. Не машины мыть, конечно, но…