Очень полезная ложь. Когда в следующий раз маму в театр пригласит, та будет спокойна. А то всегда переживает, что заветные бумажки дочка у спекулянтов покупает с сумасшедшей наценкой.

Наталья Андреевна никак не могла привыкнуть, что жизнь изменилась. Мама настолько ужасалась от цен в супермаркетах, что Зое приходилось конспирацией заниматься. Например, бесплатные пакеты, что дают в «Седьмом континенте», выбрасывать, перекладывать покупки в обычные и врать, что отоварилась не в магазине, а на ближайшем оптовом рынке.

– А во сколько ты домой вернешься? – спросила мама.

– Часов в десять. Спектакль вроде короткий, всего два действия.

«Ой, а если Вася меня куда-нибудь пригласит?» – спохватилась девушка и поспешно добавила: – Ну, или попозже. Если решим зайти куда-нибудь после театра, я тебе сообщение на пейджер скину.

– А если Илья позвонит, что ему говорить?

– Так и скажи, что в театре с подружкой, – усмехнулась Зоя.

А про себя подумала: не до нее Илье сейчас. Иными, более важными делами занят. Зоя с ним уже две недели не виделась. Да и созванивалась бог знает когда. Все у него встречи, тусовки, нужные люди… Можно было бы по идее и обидеться, но девушка, ослепленная новым знакомым, совсем не переживала. Очень хорошо, что Илюшка сам собою, кажется, отпал. И ничто не мешает ей наслаждаться новым, пока еще очень робким чувством.

Балет оказался красивым, воздушным, легким. Сюжет незамысловатый: богиня воздуха Сильфида явилась к некоему Джеймсу. Очаровала его, увлекла, а когда тот попытался окутать ее волшебным покрывалом и обратить в земную женщину, растаяла и унеслась в облака… Сказка. Смотреть приятно, но за душу не берет. И музыка – пустоватая, эфемерная. Даже далекий от искусства Василий с важным видом констатировал:

– Наш Чайковский этому композитору… как его… Левенскьольду, сто очков даст.

– А мне нравится, – улыбнулась Зоя. И неожиданно для самой себя добавила: – Мне с тобой где угодно хорошо. Даже, наверное, на футболе было бы хорошо.

Василий взглянул на нее изумленно – и промолчал. «Глупость, наверное, я ляпнула», – расстроилась Зоя. Но когда в антракте вышли в буфет и мужчина героически заплатил за два бокала дорогущего шампанского, он вернулся к недавнему разговору. Тихо спросил:

– Зоя, ты серьезно?

И она, конечно, сразу поняла, о чем речь, бесстрашно добавила:

– Да, да! Я с тобой просто голову теряю… Ощущение, что мы уже полжизни вместе…

Высказалась – и сразу стало ей легко-легко. Как, наверное, Сильфиде – когда та взлетела на небо…

Лицо Василия полыхнуло. Он махом осушил свое шампанское, набрал в грудь воздуха – но ничего сказать не успел. За спинами вдруг раздалось:

– Зойка! Неужели ты?

Девушка обернулась: кто бы мог подумать, Илья! В костюме, при дорогом галстуке – прямо не узнать.

– Ты что тут делаешь? – опешила девушка.

А тот осклабился:

– То же, что и ты. Наслаждаюсь… «Сифилидой», – намеренно исковеркал он название и улыбнулся собственному остроумию.

– Не знала, что ты балетоман, – сухо произнесла она.

И обиженно вспомнила, что прежде много раз и намекала, и прямо просила в Большой ее сводить, но Илюха насмерть стоял: мол, балетные пачки и мужиков в лосинах видеть не может. Однако вдруг явился в театр и выглядит здесь чуть ли не завсегдатаем…

Или, пронеслось в голове, он специально пришел? Выведал у мамы, что она в Большом, и решил выяснить, с кем?

По лицу Ильи читать трудно, но, кажется, тот недоволен. Окинул ее спутника цепким взглядом и потребовал:

– Познакомь меня со своим кавалером.

– Василий… Илья… – коротко представила Зоя. И сама перешла в атаку: – Ну а где твоя… дама сердца?

– С чего ты взяла, что я с дамой? – ухмыльнулся тот.

Затем мотнул головой в сторону столика, где над коньячными рюмками склонились двое мужчин:

– Я, заинька, тут по делу. Больших людей привел. Тот лысый – нефтяник. Второй – таможенник. Они из Сибири в Москву только что перебрались, и я знакомлю их с культурными ценностями столицы.

И с легкой угрозой в голосе добавил:

– Ну а ты, я вижу, развлекаешься.

Зоя растерялась. Как поступить? Начать оправдываться? Или просто послать? Да еще и Вася молчит…

И она решила сразу прояснить ситуацию – для обоих мужчин. Небрежно ответила:

– Илья, я не на работе. В «Пятой власти» отчета можешь требовать, а свободное время я вольна проводить, как мне нравится.

Илья взглянул на нее насмешливо. Примирительно произнес:

– Чего ты, лапонька, злишься? Я очень, очень за тебя рад!