Он задержался в Берлине до середины мая – к тому времени столицу капитулировавшего рейха заполнили советские войска. Николас понимал, что ему надо уносить ноги из города, поэтому ночью подстерег и убил еще одного советского офицера, снял с него форму, забрал оружие и документы. Переодевшись и побрившись, Николас превратился в Ивана Сергеевича Баландина, старшего лейтенанта. Труп настоящего Баландина он закопал в подвале одного из домов, рассчитывая, что к тому времени, когда его обнаружат, никто не сможет сказать, кем является убитый. Советская форма открывала перед ним неограниченные возможности.

Наконец Николас покинул Берлин и, оказавшись за городом, снова перевоплотился в старого инвалида. На перекладных он к началу июня добрался до Гамбурга, а затем перебрался в Данию. Там он совершил еще одно убийство и, завладев документами британского предпринимателя, из Копенгагена на пассажирском судне отправился в Великобританию.

В Лондоне он узнал трагическую весть – узнав о самоубийстве Гитлера (и не подозревая, что жизни фюрера лишил его протеже), сэр Кассиус, одиннадцатый маркиз Солсбери, застрелился. Его титул, поместье и капиталы перешли к младшему брату.

В Великобритании Николас задержался до конца лета, и когда из Саутгемптона отправился пароход в Северную Америку, он оказался на борту в числе прочих пассажиров. Крошечную капсулу Николас хранил как зеницу ока, понимая, что она – ключ к его будущему.

Пароход пришвартовался в Нью-Йорке, и оттуда, купив подержанный «Паккард» с откидным верхом, Николас поехал сначала на запад, а затем на юг Соединенных Штатов. Мексиканскую границу он пересек нелегально, а вскоре снова возобновил путешествие на автомобиле. В конце сентября он достиг цели своего долгого вояжа – столицы Бразилии Рио-де-Жанейро.

Его поразила жизнь в Рио: ничто не напоминало о войне в далекой Европе, люди вели беспечное существование, а лазоревый океан так и манил к себе. Николас решил, что останется в Южной Америке и начнет здесь новую жизнь – получит свою долю, купит небольшую ферму (возможно, даже поместье) и уйдет на покой.

Он отыскал отель «Золотой клюв», оказавшийся небольшим, но весьма приличным заведением. Первым делом Николас осведомился, имеется ли в отеле постоялец по имени Эрнесто Гольдштейн.

– Да, сеньор, – ответил негр за стойкой администратора, – сеньор Гольдштейн уже несколько месяцев является нашим гостем. Очень щедрый и добрый человек! Вы хотите его видеть? Он сейчас в ресторане.

Николас прошествовал в ресторанчик, примыкавший к отелю, осмотрелся. И где же Генрих фон Минхов? Невдалеке из плетеного кресла поднялся высокий господин в белом костюме и соломенной шляпе.Николаса скользнул взглядом по его загорелому лицу, тонким усикам героя-любовника и отвернулся, но вдруг услышал знакомый голос:

– Я так и знал, что рано или поздно ты доберешься до Рио!

Николас вздрогнул и посмотрел на типа в белом костюме. Удивительно, но факт: это и был Генрих фон Минхов! Тот взял Николаса под руку и увел к себе в комнату. Заперев дверь, он снял шляпу, шлепнул рукой по своему абсолютно лысому черепу и, улыбнувшись, воскликнул:

– Добро пожаловать из ада в рай!

– Но... как вам удалось? – разглядывая фон Минхова, протянул Николас. – У вас совсем другой разрез глаз. Да и скулы иные.

– А еще я стал лысым, изменил цвет глаз и частично отпечатки пальцев, – ответил фон Минхов, наливая в бокал коньяку и протягивая его Николасу. – Рио я выбрал не только из-за того, что город расположен на расстоянии в двенадцать тысяч километров от Берлина, не только из-за вечного лета и прелестных мулаток. Здесь имеются превосходные пластические хирурги, которые за деньги готовы творить чудеса, хранят молчание и могут превратить тебя в совершенно другого человека. Как дела в старушке Европе?

Николас рассказал о своих скитаниях и положил на туалетный столик капсулу.

– Я знал, что могу доверять тебе, – заметил фон Минхов. – Кто-либо иной на твоем месте сбежал бы вместе с секретной информацией и использовал ее в своих целях, но ты заслуживаешь доверия.

– Что вы делаете в Рио? – спросил Николас. – Ведете жизнь состоятельного рантье?

– Что-то в таком роде, – кивнул фон Минхов. – Мы сумели вырваться из Берлина, хотя русские подбили-таки один из двигателей самолета. На побережье Северного моря нас ждала подводная лодка, на ней мы и переправились в Южную Америку. И когда я говорю «мы», то имею в виду многих из адептов «Тайной Германии». Другие, как и ты, добрались сюда своим ходом.