Митч помрачнел.

— Господи, и почему мне взбрело в голову, что ты способен хоть что-то понять! — хмуро произнес он. — Ты же ни разу не видел Шеннон. Не представляешь, что это за женщина! Она — как раз то, что нужно детям. И мне. В первую очередь мне. В общем, я собираюсь просить ее стать моей женой, и разговор окончен.

Услышав последние слова брата, Росс немного оживился.

— А, значит, ты еще не дал себе труда… полюбопытствовать, каково ее мнение в этом вопросе?

— Ну, вообще-то — еще нет.

— Тогда, возможно, мои предостережения были излишни. — Росс потер руки движением, каким муха, усевшись на кусок сахара и предвкушая пиршество, потирает лапки. — И когда же ты собираешься осчастливить свою избранницу известием о предстоящей ей блестящей будущности?

— Сегодня вечером. Мы идем в Шуберт-театр, на «Отверженных», а после поужинаем вместе. Я уже заказал столик. — Митч бросил на брата умоляющий взгляд. — Надеюсь, твое обещание посидеть с детьми остается в силе?

— Мои обещания остаются в силе при любых обстоятельствах. — Росс, очевидно, решил, что трепать нервы пока не стоит. — Вдруг у твоей приятельницы окажется больше здравого смысла, чем у тебя!

— На что ты намекаешь?

— Тебе не приходило в голову, что она может отказаться от твоего заманчивого предложения?

— Нет, — пробормотал ошарашенный Митч.

— Завидная самоуверенность, — с чопорным видом изрек Росс.

Он поправил галстук, собрал разбросанные на столе контракты, аккуратно сложил их в портфель.

— Как твой брат, желаю тебе и твоей приятельнице хорошо провести вечер. Как твой адвокат, настоятельно рекомендую отложить выполнение далеко идущих планов до тех пор, пока не будет разрешена проблема с опекой. — Росс пристально взглянул на Митча. — Смотри, не наломай дров. — С этими словами он повернулся и вышел.

Митч в раздумье сидел за столом и вертел в руках фломастер. Невидящий взгляд его скользил по рисункам. Что, если Росс прав? И Шеннон откажет ему?

Быть этого не может! Он же видит — при каждом его прикосновении дрожь пробегает по ее телу и от желания темнеют глаза. Кроме того, она души не чает в детях, держится с ними просто, естественно, сразу находит ключ к ребенку. А разве в тот день на берегу океана она не призналась ему, что всегда мечтала иметь большую семью? У них одинаковые идеалы — старомодные, традиционные идеалы. Они хотят от жизни одного.

Волноваться не о чем, в конце концов решил Митч. Она просто не может ему отказать. Как ни раскинь, выходит, что они созданы друг для друга. Она будет его женой. А Росс пусть себе каркает — ему вечно мерещатся всякие неприятности.

Митч взглянул на подрагивавший фломастер и понял, что у него трясутся руки.

Подняв голову от бумаг, Линдзи увидела, как в холл вошли два чумазых водопроводчика.

— Что так долго? Фрэнк давно уже поглядывает на часы.

Шеннон опустила чемоданчик с инструментами на пол и откинула со лба влажную прядь волос.

— Потрудились мы с тобой на славу, Майк, сказала она, повернувшись к своему напарнику. — Ты иди, а с документами я сама разберусь.

Обрадованный Майк не заставил себя упрашивать — он благодарно улыбнулся Шеннон, помахал Линдзи и поспешил в раздевалку.

— Что, пришлось повозиться? — Линдзи оперлась подбородком на руку. — А в вызове так незатейливо говорилось: «Протечка неопределенного происхождения».

— Угу. На месте выяснилось, что протекает труба, вмонтированная в бетонную плиту фундамента. — Шеннон в изнеможении упала в кресло. — И мы, несчастные, прорыли траншею длиной чуть не до Китая и проложили новые трубы вокруг фундамента. Спору нет, я решила изучать водопроводное дело с самых основ. Но если эти основы закопаны так глубоко — это уж чересчур.

Линдзи усмехнулась.

— Да, работа не для прекрасных дам. Впрочем, не сомневаюсь: когда ты сменишь свой очаровательный комбинезон на элегантный деловой костюм, то будешь с удовольствием вспоминать о том, как возилась с трубами.

— Ага. — Шеннон потянулась, сцепив руки, и охнула от боли в натруженных мускулах. — Сейчас залезу в горячую ванну и буду полоскаться, пока не размокну.

— Смотри в самом деле не размокни, подруга, — предостерегла Линдзи. — У тебя ведь сегодня свидание с Митчем, забыла?

— Ну как я забуду! Похоже, он сегодня задумал что-то особенное. Но темнит. Сказал только, что заедет в семь и чтобы я надела вечернее платье.

— Звучит заманчиво.

Линдзи принялась рыться в тарелке с драже, стоявшей на столе.