Бывший рэпер перебрался через стену, спрыгнул вниз и, добродушно помахав пацану рукой, отправился на север, к озеру Солт-Лейк.

…Патрульный «хаммер» остановился. Из открывшейся дверцы спрыгнул человек в форме и, держа наготове М-16, осторожно двинулся к лежащей в свете прожектора женской фигуре.

Из другой дверцы вылез еще один, громко спросив:

— Что там такое, Клем?

— Баба, — отозвался первый. — Не пойму, живая или нет…

— Из тех, что мы ищем?

— Не видно. Она мордой вниз лежит.

Клем подошел поближе и аккуратно потыкал лежащую стволом винтовки. Второй сделал шаг вперед.

— Мертвая?

— Сейчас… — Клем закинул винтовку на плечо и опустился на корточки. В тот же момент Шибанов бросился из темного проулка к «хаммеру» и с размаху припечатал второго члена экипажа грудью к борту автомашины. Подобные столкновения с учетом массы и разгона Ростислава на хоккейном корте часто заканчивались для того, в кого он врезался, переломами ребер. На солдате Мастера был надет кевларовый бронежилет, но от удара воздух выбило у него из легких. Рывксм развернув солдата лицом к себе, Шибанов коротко ударил его в лицо, отправив в нокаут.

Клем хотел было вскочить, но ему в живот уперся пистолетный ствол. Быстро перевернувшись, Мидори с улыбкой произнесла:

— Приве-ет!

Клем молчал, боясь пошевелиться и зная, что при выстреле в упор из «дезерт игла» бронежилет его не спасет.

Атика, выскользнувшая из того же темного проулка вслед за мужем, быстро освободила обоих солдат от оружия. Затем Ростислав велел им раздеться. Точнее, второй до сих пор валялся без чувств, и снимать с него обмундирование пришлось все тому же Клему.

— Не стреляй, крошка, — робко попросил Клем, зябко ежась в грязной майке и белых боксерских трусах перед Мидори, не опускавшей пистолета. У второго трусы оказались розовыми в цветочек и с кружевами по краю, что заставило Ростислава усомниться в моральных качествах армии Солт-Лейк-Сити. Правда, отношение к геям в армии США было вполне терпимым еще до Катастрофы, так что ничего удивительного…

— Надевай, — кивнул Шибанов на кучу одежды. Атика, брезгливо морщась, натянула на себя куртку и брюки Клема, который был поменьше и посубтильнее своего спутника. Ростиславнапялил второй комплект, заставил Атику надеть бронежилет, затем связал солдатам руки и ноги специальными пластиковыми полосками, обнаруженными в бардачке «хаммера».

— В какой стороне ближайший выезд из города? — спросил он у Клема.

Тот молчал, и тогда Ростислав поманил к себе Мидори. Девочка подошла и направила в лицо Клему пистолет, держа его двумя руками.

— Мы торопимся, — пояснил Ростислав. Клем испуганно заморгал глазами и сказал:

— Ближайший — если сразу свернуть направо и проехать мимо большого торгового центра… потом налево…

— Охрана?

— Шесть человек… сейчас, наверно, б-больше, потому что объявлена т-тревога… из-за вас…

— Ворота укреплены? На таран сможем взять?

— Нет-нет, — замотал головой Клем. — Ворота крепкие, «хаммером» вы их не выбьете…

— Как еще можно выбраться из города?! Клем судорожно сглотнул.

— Как еще можно выбраться из города?! — угрожающе повторил Ростислав. Мидори щелкнула предохранителем.

— Н-никак… Только через ворота…

Ростислав пожал плечами и заткнул Клему рот кляпом, свернутым из его же носка. Они оттащили солдат подальше в проулок, после чего Ростислав сел за руль. Атика в форме поместилась рядом, Мидори — позади. Прожектор они тут же вырубили, чтобы не привлекать лишнего внимания.

— Отлично сработали, — заключила Мидори. Шибанов не уставал удивляться способностям девчонки, но еще больше — ее милой кровожадности. Пожалуй, в этом мире Мидори прижилась куда быстрее и комфортнее, чем они все. Дети адаптируются быстрее? Может быть. А может, японская кровь. Самурайские гены.

— Отлично-то отлично, — сказал он, — но что теперь делать? У нас есть «хаммер» с пулеметом, есть две автоматические винтовки, пистолеты. Но взять штурмом ворота мы не сможем — нас расстреляют из гранатомета или перебьют по одиночке, если мы попытаемся прорваться без машины.

— Значит, надо найти другой путь, — Атика поправила ремешок шлема. — Это все-таки не крепость, а простой город. Вернее, кусок простого города, огороженный стеной. Не везде же они охрану выставили?

— Может и не везде, но, не зная ничего, мы очень рискуем. В конце концов, расставить посты так, чтобы перекрывать весь периметр стены, труда не составляет.

Мидори заерзала на заднем сиденье:

— Неужели нет способа?

— Есть, — неожиданно осенило Ростислава. — Канализация!

— Канализация? — одновременно переспросили девушки.