Чего он ждет? Его руки продолжали поддерживать ее предплечья. Она запоздало отдернула щупальца, но он по-прежнему не шевелился.

И какой джен?..

Джен-оборотень, всплыло в ее сознании. В детстве она слышала рассказы о волшебниках, которые превращали саймов в дженов — бесстрашных дженов, которые производили селин, но сами становились владыками саймов, дженов, способных убивать…

Она отмахнулась от этих суеверий и наконец обрела дар речи.

— Кто ты?

— Меня зовут Серджи амбров Кеон, — ответил он успокаивающим голосом. Своеобразное имя подсказало ей, кто он такой: товарищ, джен, выросший в общине. Значит, это правда. Они могут давать селин и не умирать.

— Позволь мне помочь тебе, — сказал он.

— Мне не нужна ничья помощь, — ответила Райза, внезапно остро ощутив его поддержку. Она попыталась встать, но мир покачнулся, и она споткнулась, как ребенок, еще не умеющий ходить.

Джен подхватил ее, без напряжения поднял ее легкое тело.

— Ты истощена — сказал он. — Ты испытала дезориентацию.

В ответ она начала злиннить его. Его нейгер поразил ее. Она никогда не встречала такого тепла и заботы, как те, что исходили от него.

— Откуда ты знаешь? — настороженно спросила она.

— Джанкты не допускают такого глубокого погружения в потребность и… нет смысла объяснять это сайму. Вот… — Он усадил ее на скамью перед огнем и притронулся к голове так осторожно, что она не почувствовала никакой боли. — Ты получила сильный удар. Если ты просто была без сознания, не могла использовать столько селина. И ты побывала в реке. Это не волшебство, — добавил он, заметив, как она вздрогнула. — Ты в грязи.

Райза была покрыта грязью, высохшей и потрескавшейся снаружи, влажной и комковатой изнутри. Она чувствовала себя грязной, ей было очень неприятно, но в убежище не было текучей воды, а свою чистую одежду она потеряла.

Серджи предложил:

— Снаружи все еще идет дождь, но становится теплее. Сначала выпей горячего чая, потом смой грязь. Если уснешь в таком состоянии, утром тебе будет плохо.

Возможно, его уверенность в себе заставила ее повиноваться. Она разделась, вымылась под дождем, вымыла одежду под потоками воды, стекавшей с крыши. Она промокла до корней волос; с трудом расправила волосы и с удовольствием пальцами и щупальцами стерла с них грязь.

Джен внес ее одежду внутрь и вместе со своей развесил перед огнем. Когда вошла Райза, у него уже был готов плащ для верховой езды, чтобы ее закутать.

— У тебя нет аллергии на шерсть? — спросил он, прежде чем накинуть плащ ей на плечи.

— Аллергии? Конечно, нет.

Она с благодарностью завернулась в плащ, потому что внутри каменного убежища было гораздо холодней, чем снаружи. В плащ джена Райза могла бы завернуться трижды; он был ей ниже колен, хотя ему приходился лишь по пояс.

Но когда большая часть влаги уже впиталась в ткань, Райза поняла, что плащ не может принадлежать джену. Походный плащ джена лежал на скамье, от него поднимался легкий пар. И плащ, и сухая рубашка, и брюки на нем — все это он достал из седельной сумки.

Подойдя к огню, Райза почувствовала запах варева и поняла, что хочет есть. Джен тем временем острым ножом подрезал фитиль масляной лампы. При виде этого оружия в руках джена Райза содрогнулась.

В свете костра стало видно, что плащ на ней красный. Она заметила вышивку по его подолу. Вышивка представляла собой цепь — белые звенья на красном фоне.

— Почему ты спросил об аллергии на шерсть? — спросила она.

— Чувствительность к определенным видам пищи и тканям — плата проводников за их талант.

Проводников? А, это извращенцы, которые забирают у дженов селин, не убивая, и передают другим саймам, которые поэтому могут жить без убийств.

— Я не…

— Ты проводник, — уверенно сказал он, и его нейгер подчеркивал эту уверенность. — Ты не действовала как проводник, но ты проводник. У Кеона есть в тебе потребность.

— Потребность? — На мгновение ей показалось, что он неверно использовал слово: такие ошибки типичны для новых саймов, пришедших с территории дженов и только начавших учить саймский язык. Но очевидно, что для этого джена саймский — родной язык. Он сказал то, что хотел сказать.

— Наша община выросла настолько, что наш проводник не справляется: требуется слишком много его времени и умения.

— Тогда вам нужно покончить с вашим извращенным образом жизни.

Он помолчал, потом сознательно нейтральным тоном спросил: