Переплетение изощренной магии и высоких технологий, готической легенды и жесткой игры конкурирующих спецслужб — все это в новом романе цикла «Пришлые».
ГЛАВА 1
…Итак я сижу с трубкой и кружкой пива, отмывшийся и даже слегка отдохнувший. Мне удалось урвать где-то часа полтора сна, пока Учитель решал какие-то свои проблемы, а потом он разбудил меня для разговора, и разговор этот, похоже, сейчас начнется — во всяком случае, вид у Грентвига, ящера старого, многообещающий: внимательно разглядывает меня, поигрывая, по своему обыкновению, маленьким серебряным кинжальчиком. Тут же присутствует и хрященосый дед, который с Учителем на пару вытащил нас из подвалов Цитадели и лап Секретников, но этот сидит с таким видом, словно его больше всего интересует пиво в кружке. Странный дед, одет как-то не по-нашему, чересчур уж богато…
А сидим мы в одной из комнатешек мизерного замка, куда нас привел Учитель этим утром, и я до сих пор не понял, кому же он, собственно, принадлежит. Пытался выспросить у местной прислуги, но все до противного неразговорчивы, и ни одной женщины на весь замок, кроме Гельды и Ларико. Опять же, странно…
— Ну, Меченосец, ты готов?
— Да, Учитель, — я отставил кружку. Грентвиг улыбнулся мне так ласково, что я внутренне содрогнулся:
— Ничего, можешь пить. Если, конечно, не боишься поперхнуться, — он поднялся, прошелся по комнате кошачьей своей походкой… И тут я чуть в самом деле не поперхнулся: в самый неожиданный момент он резко повернулся ко мне, выставив обвиняющий перст как дуло пистолета, и гаркнул:
— Ты кретин, Меченосец! — на некоторое время он умолк, очевидно, для того, чтоб я проникся столь ценной информацией, а затем начал разгром, подчеркивая узловые моменты резким движением пальца:
— Ты, кажется, считаешь, что я учил тебя — запретными способами, заметь — только для того, чтоб ты напросился на отлучение?! — он не спрашивал. Он обличал. — Ты считаешь, что знание о том, как вызывать нежить — кстати, этого достаточно, чтоб тебя сжечь! — дано тебе только для того, чтоб хвастать перед дикарями?! А еще ты думаешь, что если у тебя ума не хватило с самой обычной бруксой справиться, ты можешь использовать Алый знак. Ты полагаешь, что меч — да не какой-нибудь, а Хельмберт, добывая который, я рисковал головой — у тебя только для того, чтобы рубить головы ублюдкам-Секретникам? В общем, ты возомнил, что если спутался с ведьмой и трахнул колдунью со Свинцового, то теперь можешь все. На самом деле ты не можешь ни хрена. Пускать носом пузыри и гадить в углах — вот твои возможности на данный момент.
Он замолчал так же внезапно, как и начал и уставился на меня, словно ожидая возражений. Будто я не знаю, что он их терпеть не может… да и возражать особо нечего. Но судя по этой выволочке, он о моих делах неплохо осведомлен. И тем не менее, я ему понадобился. Зачем, интересно? Он ведь, даже в носу ковыряя, преследует какие-то свои тайные цели… К тому же, раз он вставляет мне такой пистон при человеке постороннем, значит… Значит, этот человек не совсем посторонний. Грентвиг, кажется, угадал мои мысли, кивнул в сторону носатого:
— Кстати, познакомься: это верховный хранитель имперской печати.
Я было поднялся, чтоб приветствовать хранителя по всей форме, но тот только отмахнулся:
— Без чинов. Зови меня Лэрд, так будет проще. Мне, во всяком случае.
Я ограничился кивком и снова повернулся к Учителю, ожидая продолжения обвинительного монолога, но он, видимо, решил, что покуда с меня хватит, и проворчал:
— Но вот если ты считаешь, что я шел на конфликт с Верховным Магистром только для того, чтоб наставить на путь истинный идиота-ученика, ты крупно ошибаешься.
Похоже, идиот-ученик зачем-то понадобился? — рискнул предположить я, Грентвиг, звероящер старый, не то хрюкнул, не то усмехнулся:
— Поразительно! И как ты додумался?
— Сам только что сказал…
— Да. И если б я в Ордене оставался, я б первым тебя сцапал.
Вот это номер! Оказывается, Грентвиг не в Ордене!.. А он, заметив, как у меня отвалилась челюсть, ухмыльнулся:
— Именно. Меня, Магистра, выгнали из Ордена. Это — одна из причин, по которым ты здесь.
Вот теперь все это становится весьма забавным. Получается, Учитель ведет какую-то личную игру с императором, иначе зачем бы здесь этот Лэрд?
Грентвиг прошелся по комнате, снова уселся, покручивая в пальцах кинжал. Повисло молчание, слышно было только жужжание одинокой мухи, разрывающейся между тягой к свободе и желанием во что бы то ни стало утопиться в пиве. Я решил терпеливо ждать продолжения и тоже помалкивал, наблюдая за танцем пылинок в красном луче витража. Учитель наконец обратил внимание — на муху, сделал движение, словно перечеркивая ее пальцем в воздухе. Жужжание умолкло, и он повернулся ко мне:
— Итак, я не в Ордене, но от дел, как видишь, не отошел.
— А что Даэл? Верховный, в смысле?
— Потому я тебя и вытащил таким способом, что у меня с ним не сказать, чтоб любовь до гробовой доски. Твои похождения мне известны. Это я приставил к тебе эльфа. Вы ведь с ним даже братались, я не ошибся? — а ведь старый звероящер сдал за последнее время… Такое ощущение, что у него горб подрос. Но на Силе его это никак не отразилось, и взгляд тот же — два отточенных стилета.
Я все ж рискнул вставить:
— Находил меня через эльфа Даэл.