Вот что сказал сам Жванецкий: "Зачем нужно собрание сочинений? Чтобы быть похожим на других писателей. Я бы, может, и ограничился магнитофонными записями, которые есть у людей, либо видеоматериалами. Но все время идет спор и у писателей со мной, и у меня внутри - кто я? Хотя это и бессмысленный спор, все-таки я разрешу его для себя: в основе того, что я делаю на сцене, лежит написанное. Я не импровизирую там. Значит, это написанное должно быть опубликовано. Писатель я или не писатель - не знаю сам. Решил издать все это в виде собрания сочинений, четыре небольших томика под названием "Собрание произведений". Четыре томика, которые приятно держать в руке".
Собрание произведений
в четырех томах
МОСКВА
2005
ББК 84.7
Ж41
Рисунки
Резо Габриадзе
Литературный редактор
Валентина Серикова
Макет и оформление
Валерий Калныньш
Я благодарен Олегу Сташкевичу из Москвы,
Сергею Шойгу из Москвы, Александру Сысоеву
из Нижнего Тагила, Валентине Сериковой из Киева -
моим друзьям, собирателям и вдохновителям
этого издания.
М. Жванецкий
2002
ISBN 5-94117-105-6 (Т. 1)
ISBN 5-94117-109-9
От автора
Я не собирался быть писателем и, видимо, им не стал.
Правда, в молодости была какая-то веселость, привычка
к смеху вокруг себя.
Мы смеемся вместе. Вы смешите меня, потом этим же
я смешу вас. Приятно, что мои рассказы стали привлекать
публику, для чего большое значение имеет интонация. Мы так
и жили все эти годы: говорили одно, думали другое, пели тре-
тье. Опровергали слова жестом, придавали другой смысл ин-
тонацией, и самому хотелось уцелеть и сохранить сказанное.
Три-четыре раза что-то печатали, но после публикации
компания как-то рассыпалась.
А еще, говорят, это нельзя читать глазами. А чем? Мне
нетрудно было читать вслух, и я ушел на сцену. Нашел свой
школьный легкий портфель, набил руку, появилось актерское
мастерство. Начал подмигивать и ругаться, если кто-то
что-то не понимал: ну и публика сегодня. По рукам пошли за-
писи. «Эх, — вздыхало начальство, — вы способный человек, но
эти пленки…» А что мне с пленками — издавайте.
Я пытался расставить написанное последовательно или
по темам. Чем можно связать разрозненное — своей жизнью.
Концовку додумаете сами.
А я, разбив написанное на несколько глав, приглашаю вас
к чтению. Если будет трудно читать, мой голос поможет
вам, как вы помогали мне все мои трудные годы…
Действительно
Действительно. Данные потрясают своей безжало-
стностью. Тридцать пять рокiв творческой, тридцать
пять рокiв производственной деятельности и где-то
шестьдесят общей жизни с ее цветными и бесцветными
страницами. Как же прошли эти двадцать пять, если
считать с 88-го, и тридцать пять, если с 54-го года.
Позвольте перейти к общим рассуждениям. Хочется
сказать: в наших биографиях отразилась биография всей
страны, годы застоя были для нас годами расцвета, то есть
годы нашего расцвета пришлись как раз на годы застоя.
В голове фраза: «Раньше подполье было в застолье,
потом застолье в подполье».
Я сам, будучи большим противником дат, юбилеев,
годовщин, паспортов, удостоверений и фотографий,
никак не желаю подводить итоги, ибо после этого как-
то неудобно жить дальше.
Познакомились мы з Ильченко где-то в 54-м году.
Я их всех постарше буду. У нас, значит, так: Роман по-
ярче на сцене, Виктор — в жизни, я весь в мечтаниях,
поэтому меня надувает каждый, на что я непрерывно
жалуюсь через монологи и миниатюры.
То, что творится на сцене, вам видно самим, поэто-
му про Ильченко. То есть человек, перегруженный мас-