Шрифт:
Часть, третья. Пьета Ронданини.
«– Никогда ничего не бывает потом. Это только, кажется, что всё ещё впереди, что жизнь длинна и счастлива. Что сейчас можно прожить так. Что потом всё можно поправить. Никогда это «потом» не наступит.
– Зачем же ты не искал меня?
– Я был молод, я верил в долгую и счастливую жизнь. Я верил в «потом»…»
Глава 1
Более двух месяцев спустя
Кер
Он приехал к маме – ремонтировать чёртову дверцу шкафчика, – сломалась опять!
– Что ты с ней делаешь, мам? – Ворчливо спросил Кер. – Почему она у тебя всё время ломается?!
– Чтобы ты приехал! – Не моргнув глазом сказала Сантана, сыну. – Ты что-то у меня не в духе…
Вопрос в её голосе.
– Всё нормально! – Отмахнулся Кер, и… услышал в своём голосе горечь, горечь и боль.
– Где твоя молоденькая Душа?
– Я не знаю.
Опять эта горечь и боль, боль, которая разъедает его, просто – разъедает!
– Она тебя бросила? – Недоверчиво спросила Сантана, сына.
– Нет.
Керу захотелось сказать маме; она бы не бросила! Но испугался – ощутить ещё большую боль и сожаление!
– Я ничего не понимаю! – Бурно сказала Сантана.
– Всё просто мама, Анима – возможно, моя дочь!
Сантана смутилась.
– «Дочь»?
– Согрешил когда-то с её матерью!
Сантана только сейчас осознала – прочувствовала, как ему плохо, – если заговорил, значит: невыносимо!
– Мой любимый сын, – Уравновешенно, мягко, но твёрдо начала она. – Вы сделали ДНК-тест на отцовство?
– Нет!
Какая бурная реакция… Сантану это поразило.
– Почему?
Кер посмотрел на неё заплаканными глазами.
– Я умру, если она – моя дочь!
Сантана поняла сына.
– Тебе нужна надежда… Что у вас есть шанс быть вместе!
– Да, мама, да!
Она встала со стула-кресла, на котором сидела, подошла к нему и обняла его.
– Любовь моя, как же тебе тяжело!
А потом:
– Неси проклятый кальвадос!
Глава 2
Анима
Она чувствовала себя пустой, – даже не опустошённой – пустой! Ничего не хотелось, только – спать! И она спала, – много, не хотела просыпаться!
Локк – весь в любви со своей Рикки, не забывал о ней – беспокоился! Звонил, интересовался, звал с собой и Рикки хоть куда-нибудь.
Она не хотела – ничего и никого! Ни видеть, ни слышать! Всё просто… постылое!
Анима умирала – страдала, – горела тоской!
Хулио Иглесиас пел рядом с ней «Lia»:
Свяжи
Свяжи нас с тобой,
Чем-то неразрывным.
Захлебнувшись тоской,
Я узнаю; как рыба убивает ртом
И находит смерть во рту.
Она поняла, чем – свяжи, – Судьбой!
Глава 3
Кер
– Я никогда не рассказывала тебе о моём прошлом, – Сказала Сантана, Керу. – Я как ты – я любила моего дядю!
Кер смутился и удивился.
– Хави?
– Да, – Хави.
Она посмотрела на бокал тюльпан, из которого пила кальвадос.
– Конечно, нас разлучили – нам просто не дали быть вместе!
Сантана посмотрела на сына.
– Хави сказал мне, что я полюблю другого мужчину… Но не полюбила – я всегда любила только его!
Кер посмотрел на маму внимательно, – с пониманием.
– Моя трагедия в том, – Продолжала Сантана. – Что меня обрекли на одиночество… Это я к тому тебе говорю, чтобы ты не утешал себя, что, дескать, у твоей юной возлюбленной получится судьба без тебя…
Сантана посмотрела сыну прямо в глаза.
– Может и не получиться – ни у тебя, ни у неё!
Кер понял её.
– Сколько раз я могла выйти замуж!..
Сантана отпила кальвадос, съела кусочек сыра и кусочек паштета.
– Были мужчины!.. И хорошие – достойные были! А я любила Хави.
– И до сих пор любишь!? – Понял Кер.
– Да.
Кер вытащил из себя:
– Что ты пытаешься мне сказать, мама!?
Они посмотрели друг другу в глаза.
– Люби её – даже если она твоя дочь!