Пролог или как все начиналось.
Помню, когда я была совсем маленькой бабушка как-то, раз повела меня в лес. Я тогда впервые увидела исполины-деревья, шустрых белок и мох, по которому можно определять стороны света, если конечно знаешь как. Там было тихо и спокойно. И, наверное, я тогда должна была бы раз и, навсегда, влюбиться в это зеленое разнообразие деревьев, кустов и трав, в пение лесных птиц. Если бы в этот день я не потерялась в лесу. Дело было так: бабуля удалилась в кусты, для ... ну, это не столь важно для чего она собственно удалялась, оставив меня ждать её - строго настрого наказав не сходить с места. Однако ж я её не послушалась и пошла за белочкой, прыгавшей буквально рядом со мной и, словно приглашающую меня идти за ней своим рыженьким хвостиком ....
Короче, я, как Иван Сусанин, бродила по лесу три дня и три ночи. Нашла медвежью берлогу, познакомилась с медведем и лишь чудом осталась жива. Проплутав столь длительное время и собрав, наверное, всю паутину в лесу и пересчитав все выступающие корни деревьев - я возненавидела лес раз и, навсегда....
– Сиг. Си-иг. Сиггун!
– А, фто?
– щурюсь от яркого солнца и перевожу взгляд на Сему, которого я держала одной рукой, поставив его луку седла.
– Я говорю, смотри, какой вид!
Улыбаюсь и покорно изучаю огромную зеленую долину, испещренную синими росчерками рек и хранящую в своём сердце белокаменные стены Радона - самого крупного портового города на реке Ады. Именно сюда прибывают на огромных, груженых галерах работорговцы, торговцы пряностями, сладостями, шелками и мехами. Здесь можно встретить любую расу! От изящных эльфов до угрюмых горных троллей, от карликов, до лесных великанов. Откуда я все это знаю? От Сёмы, конечно. Он учился здесь до того как его определили на практику к Лансу.
– Ты чувствуешь, чувствуешь этот запах?
Старательно делаю глубокий вдох.
– Ну чем? Чем пахнет?
Проглатываю рифму и сообщаю что-то возвышенно-непонятное.
– Поэфией и юфостью.
– Вот! И я о том же - этот город, он внешне чист и невинен, но коварен и страшен изнутри.
– Там гфязно?
– А? Да что ты! Нет, конечно. Мостовые там выложены разноцветными камнями. Желтые с островов Рудезии, синие с каменистых пляжей архипелага, черные из пещер темных эльфов, белые из царства гномов.
– Фолотых нет?
– Разворовали.
– Яфно.
– Были еще перламутровые, но их постигла та, же участь, что и золотые. Да и вообще город периодически разворовывают на сувениры. Так что... немалая часть казны уходит на восстановительные работы и зарплату стражникам, которые предпринимают превентивные меры.
– Яфно. Лафно, пое...
– Подожди! Еще немного. Я хочу запечатлеть этот миг навечно в своем сердце.
Изучаю покореженный бок горшка, размышляя о том, где именно у него теперь сердце. Наверное, эмаль. Или ручка? Впрочем, не важно.
– Кноп! Фылазь. Пфиехали. Дафай, пфосыпайся и тоже пофюбуйся на гофод.
Лезу в карман куртки и вздрагиваю от боли. Вытянув руку обратно, изучаю покусанный палец, едва удерживаясь от того, чтобы не сунуть в карман что-нибудь острое и холодное.
– Кноп!
– Я всю ночь не спал!
– даже и не думая показываться на свет.
– И кто ф этом финоват?
– Ты!
Я аж задохнулась от такой наглости. Он неисправим!
– То ефть это я фзорвала пфелиный улей самонафодящимся пульфаром?
– Нет,... но ты посоветовала.
– Я пофутила!Ты что футок не понимаефь.
– В следующий раз уточняй: внимание, сейчас будет шутка. И вообще помолчи. Я тут жертва! Я! А не ты! Тебя просто в щеку укусили, а я...
Из кармана показалась раздутая покрасневшая рука, потом вторая, следом протиснулось пухлое туловище с шариком вместо головы.... Точнее это все еще была голова. Но какая! С бусинками злых глаз и острыми клыками на месте рта.
– Зато ты не фепелявифь.
– Я рад ...за себя. А теперь отстань от меня - я сплю!
И Кноп полез обратно в карман куртки, ругаясь себе под нос.
А начиналось всё вполне невинно. На третий день пути мы поняли, что взяли мало еды и занялись исследованием флоры и фауны на предмет съедобности. Фауна удирала от нас со всех лап, флора же радовала изобилием рвотного корня и прочих не менее оптимистичных растений.
Первым отчаялся найти что-нибудь съестное эльф и попросил, чтобы его накормили, причем убедительно так попросил, держа пульсар в ручке.
И вот ... сидим на пеньке: я успокаиваю Кнопа, и тут совершенно случайно поднимаю голову и вижу тот злосчастный улей. Хитро сощурившись, я предложила ему полакомиться сладким, если рискнет. Он рискнул...